Герб города Кирсанова

III. Тихвино-Богородицкая Женская Община
(1846-1849 гг.)

Мысль о переименовании богадельни в одно из самостоятельных в России богоугодных заведений - давно уже занимала умы членов богадельни, понимавших шаткость ее положения. Мысль эта росла и созревала, по мере возрастающего благосостояния богадельни. При указанном полном внешнем устройстве, сестры, понимающие дело, видели, что имя богадельни, состоящей по старому положению только при церкви, не давало им права приобрести землю, дачу и вообще какую-либо недвижимую собственность. Мысль эта родилась и окрепла в сознании двух приближенных к начальнице умных и образованных девиц - Пелагии Сергеевной Апариной, родной племянницы двух знаменитых первоначальниц Апариных, которая воспитывалась, как уже и говорили, у тетки Пелагии Апариной и Веры Ивановной Межаковой, девицы из дворян - дочери Коллежского Советника; этим двум лицам обитель обязана своим возвышением.

Пелагия Сергеевна, взятая Пелагией - теткой шестилетним ребенком на воспитание и воспитанная в строгих правилах монашеской жизни, осталась навсегда строгою монахиней, постницей и подвижницей, не переменяя даже во всю жизнь своего обыкновенного мирского платья на черную одежду монахини. Вместе с тем, как девица умная, образованная, с значением в обществе по своим средствам и незабвенной фамилии Апариных, Пелагия в собственном смысле была правою рукою простой, неученой начальницы Татьяны - ее секретарем, защитником, вообще - душою управления обители. Часто, как рассказывают, Пелагия вдруг выезжала из обители, и результатом этого непременно было или какое-либо приобретение для общины, или выполнение для нее какого-либо важного дела. Вообще, умной и просвещенной Пелагии весьма многим обязана Тихвинская обитель. Она умерла в 1852 году, июня 13 дня.

Вера Ивановна Межакова, впоследствии монахиня Варвара, пришла в Кирсановскую общину, будучи 25 лет.

Деятельность этой образованной девицы была полезна для богадельни в другом роде. Она приняла на себя должность сборщицы доброхотных подаяний, вследствие чего была неоднократно в обеих столицах, где всегда с успехом ходатайствовала по делам, касающимся обители.

Таким образом, не говоря о богатых сборах, в разное время внесенных в обитель благодаря Межаковой, но и самые акты дарований в правительственных местах с успехом были выполняемы умною и деятельною Межаковой.

Эти то две замечательные девицы первые из всех сознали шаткое положение богадельни, составили план переименования ее в общину, со всеми правами известными в России общин. Они с трудом убедили начать хлопоты об этом переименовании начальницу Татьяну - и полное ходатайство пред высшим Начальством тотчас взяла на себя одна из них и именно Вера Межакова. Бывши по сборам в Петербурге, она в 1845 году от 23 апреля подала от имени начальницы и сестер Кирсановской богадельни прошение в Св. Синод, который просила ходатайствовать пред Его Императорским Величеством о принятии означенной богадельни под покровительство Св. Синода с наименованием ее "Тихвино-Богородицкой женской общины", с правами считать существующую при ней Тихвинскую церковь, принадлежащую общине, с оставлением при ней двух штатов священно-служителей на содержании прихожан и с правом приобретать законным образом не населенные недвижимые имения на имя общины, - вообще с правами самостоятельного богоугодного учреждения в России. Все средства содержания обители заключались в трудах сестер и сборах доброхотных подаяний. Но богадельня не могла закрепить за собою никакую ценную недвижимость, не приобретая вначале наименования самостоятельного Учреждения.

В 1846 году 6 февраля богадельня Кирсановская Высочайше утверждена "женскою общиною", на правах существующих в России общин. Начальницею общины оставлена та же Татьяна Пахомова, на помощь которой по управлению делами общины Епархиальным Начальством в 1847 году 22 декабря определен полный штат из сестер общины. А именно: одна из сестер (Мария Попова) определена старостою церкви, другая (Александра Аболаматова) по делам экономии - казначеею. В руководство для духовной жизни сестер общины утвержден Св. Синодом, всегда соблюдавшийся в общине, "Устав Общежительной Саровской пустыни".

Но недолго прожила община под этим, данным ей, званием. Вполне благоустроенное общество сестер стремилось к вполне определенному положению заведения. Родилась мысль - ходатайствовать пред пастырским Начальством о переименовании общины в "Общежительный девичий монастырь". Осуществление этой мысли приняла на себя та же Вера Межакова, хотя скромная начальница Татьяна долго не могла согласиться на это. Но в самом начале этого дела не стало Татьяны - этой старицы и труженицы, более 25 лет руководившей общиной, памяти которой мы обязаны посвятить несколько страниц нашего скромного повествования.

Татьяна Пахомовна, первая после знаменитых сестер Апариных, настоятельница женской Тихвинской общины, из государственных крестьян. Отец ее жил в одной из пригородных слобод г. Кирсанова. Татьяне было около 17 лет, когда она, движимая желанием духовных и телесных подвигов оставила дом родителей и поступила в Кирсановскую богадельню. Ее цветущий возраст, тихий и покорный нрав и в особенности неутомимое трудолюбие привлекли к ней внимание и любовь первоначальницы богадельни - Марфы. Последняя берегла ее, как зеницу ока, предотвращая все возможные поводы к соблазну. Материнская бдительность Марфы над своею любимою питомицею была такова, что, живя в доме брата, первоначальница не иначе приглашала к себе из богадельни свою ученицу, как когда не было лишних людей в доме, даже самого ее брата. В это время Марфа беседовала с своею любимицей о духовных предметах, с любовию следила за ее хозяйственными делами и, благословив, отпускала ее в богадельню. Видно, что Татьяна и с своей стороны до конца жизни первоначальницы опровдала ее выбор, доверие и надежды в будущем. В последнем своем завещании, как мы видели, Марфа ее именно предназначала занять место начальницы богадельни, а умирая, не преминула вызвать ее к себе в Тамбов для передачи последнего благословения.

В звании начальницы богадельни, Татьяна сама первая подавала пример сестрам неутомимого труженичества и была строга к мало-трудолюбивым. С посохом в руке, она первая выходила на обширный огород, принадлежащий обители и первая собственноручно бралась за работу, продолжая ее наравне с остальными сестрами.

Неутомимая в работе, Татьяна была столь же неутомимая молитвенница. Как неученая, она не могла сама читать правила. Но она знала наизусть много кафизм из Псалтыри и эти кафизмы, выслушав правило, она считала непременным долгом прочитать утром и вечером каждого дня, стоя на молитве. В делах общинного управления, в ведении документов, в разных хлопотах и переписках касательно общины Татьяна имела умную помощницу в лице Анисии Васильевной Страховой, будущей игуменьи монастыря.

Как ни строго вела общину Татьяна, но любовь к ней сестер была беспредельная. Это особенно выразили сестры во время болезни ее пред кончиной. Собравшиеся к болезненному одру своей умирающей начальницы, сестры не могли от слез вымолвить слова. Она, давая им последнее благословение, благодарила их за любовь к себе, заклинала не оставлять мира и любви друг к другу. В то же время она пожелала знать, кого сестры намерены избрать, после нее, себе в начальницу. Единодушный голос назвал Анисью Васильевну Страхову, девицу с пятилетнего возраста жившую в общине, сумевшую заслужить всеобщую любовь общины терпеливым исполнением многоразличных монастырских послушаний. Умирающая изъявила на этот выбор свое удовольствие, благословила ее иконою и повелела читать акафисты Спасителю и Божией Матери. Затем, испросив у всех прощение в вольных и невольных своих прегрешениях, старица перекрестилась и тихо опочила. Последние слова умирающей были: "Жив Господь Бог и жива душа моя"! День кончины ее 23 января 1848 года.

Хотя единодушное согласие сестер избрало преемницей умершей начальницы девицу Анисью Страхову, но это избрание было только домашнее. Община состояла теперь в прямом ведении Духовного Начальства, от которого поэтому зависело и распоряжение в избрании начальницы. И Епархиальное Начальство, по уведомлению его о смерти начальницы Татьяны, предписало общине, при посредстве члена местного Духовного Правления, соборного протоиерея избрать в начальницы из среды сестер девицу "самую старшую, благонравнейшую, опытнейшую в духовной и общинской жизни и благонадежную". Такою и признана была девица Анисья Страхова, которая 9-го марта того же года и утверждена в должности Епархиальным Начальством.