Герб города Кирсанова

IV. Тихвино-Богородицкий общежительный монастырь
(1849-1906 гг.)

Покойная начальница Татьяна не разделяла мысли о переименовании общины в общежительный монастырь, не смотря на сочувствие тому сестер. Новая начальница была согласна с мнением сестер. И вот в ноябре месяце того же 1848 года начальница с старшими сестрами подала к Преосвященному Николаю прошение о ходатайстве ею пред Св. Синодом относительно переименования Кирсановской женской общины в "общежительный, заштатный 3 класса, девичий монастырь". В прошении начальница, представляя полное благоустройство общины и ее обеспеченное состояние, которой, следовательно, не доставало только имени "монастыря", между прочим выставляла многих "стариц, более 40 лет подвизавшихся иночески в общине, которые, поэтому, достойны были бы принятие ангельского чина, но чего нельзя сделать, доколе обитель существует в звании общины". Преосвященный с своей стороны, в представлении Св. Синоду, изъявил полное свое согласие на существование монастыря в г. Кирсанове, так как в этой части епархии "нет ни одного монастыря, ни мужского, ни женского, который служил бы примером благочестивой жизни мирян". Вследствие этих ходатайств, община, с утверждения Его Императорского Величества, переименована в общежительный, заштатный, девичий монастырь от 7 апреля 1849 года. По получении о сем указа в обители, радость сестер была всеобщая. В день Казанския Божия Матери 8 июля совершилось открытие новой обители с большою торжественностию. Сам Преосвященный Николай утешил ее своим личным присутствием при открытии. Торжество это в глазах инокинь имело еще большую важность потому, что здесь же сестры впервые увидели пострижение в своем храме начальницы, вместе с несколькими избранными старицами. Начальница Анисья Васильевна наречена в пострижении Антониною и названа "Игуменiею монастыря". В это же время приняла пострижение и незабвенная благодетельница монастыря, вдова майорша Мария Петровна Колычева с именем "Магдалины". Так исполнились предсказания о Кирсановской женской богадельне блаженной ее первоначальницы Марфы и Саровского подвижника, преподобного Серафима!.....

Но отпраздновав торжество своего открытия, новый монастырь увидел себя в самой крайней бедности. Снова сестры припомнили предсказание блаженной памяти основательницы богадельни Марфы Петровны, которая часто говаривала: "Я желаю и буду молить Бога, чтобы обитель моя никогда не была богата, а жила в скудости". Положение обители было безвыходное. Просить милости от начальства не было никакого резона, потому что еще так недавно община, желавшая переименования себя в монастырь, объявляла себя пред начальством вполне обеспеченной в содержании, могущей существовать без пособия от казны. Других источников не было и не предвиделось в будущем. Но чего не предвидели люди, то совершила невидимая Сила Божия. 24 июля обитель неожиданно посещает усердная благодетельница ее Татьяна Борисова Потемкина. Она приветствовала новоучрежденную обитель щедрым подарком, чем и спасла ее от крайней нужды.

Это приношение как будто продолжило путь к новым с разных сторон приношениям в пользу обители. Умная и деятельная игуменья решилась распорядиться ими наилучшим образом. При строгом обзоре нужд монастырских, их оказалось слишком много. Церковь во имя Тихвинской Божией Матери, созданная в 1825-26 годах, оказалась тесною и ветхою. Настояла нужда или распространить и возобновить храм, или разобрать старый и устроить новый. Затем от ветхости пришли в упадок дома и келлии монастыря, открывалась нужда в новых хозяйственных заведениях и пр. Все эти нужды давно видела игумения. Они делались явными еще при покойной начальнице Татьяне, при которой она была одною из ближайших помощниц. Теперь они налегли на нее всею своею тяжестью.

И вот в 1851 году игуменья решается приступить к постройкам. Прежде всего она обращает внимание на ветхий храм. Помолившись Царице Небесной, она разбирает храм и закладывает новый. Одна надежда на Царицу Небесную, как говорила игуменья и на усердие благотворителей подвигла ее на такое дело. Готовых средств почти не было, кроме 2000 р., пожертвованный на создание нового храма неизменною благодетельницею монастыря Колычевой, теперь мон. Магдалиной.

Но в следующем 1852 году случается никем не ожиданное несчастье для обители. 22 мая в 11 час. утра произошел внезапный обрыв целой северо-западной стороны колокольни, во 2-м этаже которой находилась церковь Благовещения Божией Матери. Потеря эта сильно поразила обитель, собравшуюся почти без средств строить новую, обширную церковь. Не малая сумма потрачена была на павшую колокольню с храмом в ней, и всего этого так внезапно лишилась обитель!...

Но Господь послал вскоре утешение скорбящим сестрам. Нашлись благотворители, которые помогли устроить начатый ими новый храм[1]. В 1853 году одним из С.-Петербургских благотворителей для него пожертвован был целый иконостас. И хотя он оказался неудобным для помещения в новоустроенном храме, но продажа его, с разрешения начальства, много помогла окончательному устроению церкви.

В 1854 году этот храм был отстроен и оштукатурен, а в 1857 году сентября 22 дня Преосвященным Макарием освящен. Храм этот, созданный единственно только усердием благотворителей обители, при неусыпной заботливости игуменьи, заслуживает полного внимания по своему благолепию и украшениям. На западной противоположной алтарю стороне храма устроены хоры для стояния монахинь. К этому нужно еще прибавить, что он стал иметь богатую церковную утварь, прекрасную ризницу, украшенную большею частию разным шитьем – золотом, синелью, шелками, сделанным самими монахинями. Вообще новый тихвинский храм Кирсановской обители стал теперь представлять отрадное явление для любящих благолепия и красоту храмов Божиих.

Вместе с строением храма, в особенности же после этой стройки, прочие здания монастыря постепенно были исправляемы или возводились вновь, вместо разобранных старых. Из новых зданий особенно заслуживает внимания каменный дом, крытый железом, отстроенный в 1858 году и назначенный для трапезы. В это же время расширен и деревянный дом, где живет игуменья и помещаются рукодельные комнаты сестер. Но в 1860 году, в августе месяце дом этот потерпел значительное повреждение от пожара и затем усердием благотворителей исправлен и приведен в прежнее положение. Кроме этих домов благодаря старанию Игуменьи, выстроены еще два деревянных дома, или флигеля для жилья сестер. Вообще при Игумении Антонине обитель вполне обновилась и благоукрасилась, несмотря на слишком бедное обеспечение ее со стороны дарованных ей недвижимостей и средств.

За таковую ее деятельность по благоустройству монастыря она не осталась без внимания у Начальства. В 1857 году ей объявлено Благословение Святейшего Синода, а в 1858 году, как значилось в грамоте, "за весьма хорошее поведение и примерную распорядительность по Монастырю, равно и за усердное старание и приведение монастыря с года на год в лучшее устройство Всемилостивейше награждена наперстным крестом".

Забота о благоустройстве монастыря не оставляла ее до последних дней ее жизни. Так, с течением времени трапезная церковь стала тесна и не могла вмещать, все более и более увеличивающихся, прихожан, а также приходила в ветхость. Тогда игуменья решилась разобрать ее и выстроить новую, надеясь на помощь своих благотворителей. В 1866 году начата постройкой, а в 1867 году окончена каменная трапезная с двумя престолами: один во имя Рождества Христова был освящен 27 ноября этого года Архимандритом Виктором, а другой во имя Скорбящей Божией Матери – 24 сентября 1870 года Преосвященным Феодосием.

Будучи добросердечна и любвеобильна, игуменья Антонина не могла, по отзывам ее келейной – тоже Антонины, отказывать в приеме со слезами ее умоляющим о причислении их к числу сестер. С наплывом сестер опять требовалось расширять келлии. А с увеличением требований на разные рукодельные работы, пришлось открывать новые рукодельные. Так, в это время был выстроен новый корпус с помощью благодетельницы г. Воропаевой, оставшейся жить в монастыре, и в нем открыты живописные работы. Теперь в монастыре стало девять больших корпусов, в которых жило более 300 человек сестер.

Игуменья Антонина сама вникала во все нужды сестер. Сама непрестанно посещала рукодельные. Сама за всем приглядывала, всех руководила. Ласковая, обходительная, сердобольная – она пользовалась уважением и любовью сестер. Она следила, чтобы старые и больные сестры ни в чем не терпели нужды, и чтобы за ними был тщательный уход. Посылая по сбору монахинь, она, по словам ее келейной, строго приказывала: "Когда просите даяние, то не лгите, а говорите одну правду. Будьте довольны тем, кто что даст". За два года до своей смерти игуменья Антонина сделалась слепа и, оставив все свои обязанности, ушла на покой и предалась молитве. Временное исправление должности Настоятельницы Епархиальным Начальством было передано бывшей при ней Казначее, монахине Ангелине Мая 3 дня 1878 года.

Но здесь начинается печальная страничка из жизни Кирсановского монастыря. Монахиня Ангелина была избрана в настоятельницы только одною частью сестер. Другая же часть не желала ее. Они старались поставить на эту должность благочинную монастыря – монахиню Асенефу, отличавшуюся умом и деятельностью. Начальством было назначено следствие, после которого Ангелину удалили, а на ее место исправляющей должность настоятельницы 2 февраля 1879 года назначили монахиню Асенефу. Но прошло 5 месяцев. 5 июля сего же 1879 г. умерла, находящаяся на покое, игуменья Антонина, и вопрос о настоятельстве опять принимает острую форму. Мнения разделились и никак не могли придти к единодушному соглашению. Чтобы положить конец этим раздорам, начальством была прислана казначея Кадомского Милостиво-Богородицкого женского монастыря, монахиня Серафима, которая и была 25 марта 1880 года возведена в сан игуменьи. Асенефа сдала ей все дела и хотела остаться казначей. Но во избежание недоразумений и новых неприятностей, игуменья Серафима избрала себе в должность казначеи монахиню Евгению (Баженову), которую начальство и утвердило мая 2 дня 1883 года. Монахиня же Асенефа перешла в Козловский Боголюбский женский монастырь, где и умерла 31 марта 1906 года.

Такого рода, ни для кого не ожиданный, переворот оставил долгие следы недоброжелательства к присланной из чужого монастыря игуменье. И только благодаря кроткому и любвеобильному характеру Серафимы – это нерасположение постепенно исчезло.

Новопоставленная игуменья Серафима была родом из гор. Кадома, Тамбовской губ. Рождена она в 1827 году и носила в мире имя Параскевы Петровны Насоновой. Родители ее были мещане г. Кадома, занимающиеся торговлей мануфактурным товаром. Вначале состоятельные, они, по причине частых пожаров, посетивших г. Кадом в 40 годах и плохих дел, - обедняли. Кадомской общине, что ныне Кадомский Милостиво-Богородицкий монастырь, они, когда имели достаток, благотворили. В нее то они и определили свою 17 летнюю дочь Параскеву, по ее собственному желанию. Здесь она обучилась чтению, письму и разным рукоделиям, проходя в то же время все монастырские послушания. Кроткая, смиренная, усердная к молитве и исполнительная в отправлении "послушаний", она скоро была замечена в обители и уже в 1856 году ее избирают помощницей начальницы, а в 1867 году – 40 лет от роду – утверждают начальницей "богадельни", приписанной к Кадомскому монастырю. В 1878 году она приняла монашество, а в следующем году утверждена казначеей Милостиво-Богородицкого монастыря, откуда переведена в настоятельницы настоящего монастыря с возведением в сан игуменьи.

Тотчас, по вступлении на должность, игуменья Серафима встретилась с большою нуждою, тем более первые года были неурожайные. Но благодаря своей энергии и прежним благотворителям, которые не оставляли и теперь обитель, игуменья скоро справилась с тяжелым положением и приступила к благоустройству обители. Прежде всего она обратила внимание на то, что в пределе в честь Рождества Христова плох иконостас и не гармонирует с иконостасом, который в левом пределе в честь Скорбящей Божий Матери. В первый же год своего поступления она заказала новый иконостас, тожественный с левым пределом, который и был поставлен в 1882 году. Затем, так как для улучшения и расширения рукодельных работ необходимы молодые силы, а сестры монастыря, переданные ей при поступлении, оказались престарелыми и, следовательно, мало способными к труду, то она решила увеличить число сестер, принимая по преимуществу молодых и здоровых девиц. Число сестер вскоре увеличилось до 450. Увеличилась и производительность их труда. Выстроено было при этом три корпуса, и в них открыты новые рукодельные: ковровые, башмачные, шитье шелками, шерстями, которых ранее не было. Средства монастыря стали понемногу улучшаться. В 1885 году открыта была церковно-приходская школа для девочек в доме, приобретенном монастырем у умершего священника, вместо приюта и школы ютившейся в незначительном помещении живописного корпуса с 1873 года.

Игуменья обратила внимание на беспомощное и жалкое существование престарелых монахинь и инокинь. Чтобы доставить им покой, уход, а главное удобство для молитвы в храме, который они по немощи не могли постоянно посещать, игуменья, с Божией помощью, начала в 1888 году большой в два этажа с церковью по средине больничный корпус. В 1889 году он был окончен постройкой и 24 сентября освящен Преосвященным Виталием и стал именоваться "Покровским" – в четь престольного праздника Покрова Пресвятыя Богородицы. Местные иконы этого храма – с правой стороны "Нерукотворенного Спаса" и левой "Покрова Пресвятыя Богородицы" в серебряных вызолоченных ризах с каменьями – пожертвованы самой игуменьей, - ее родительское благословение, о чем свидетельствует, сделанная на задней стороне их, надпись.

Вследствие своего отзывчивого и сердобольного характера, игуменья Серафима не могла без сострадания и участия смотреть на слезы умоляющих ее о принятии в число сестер. А таковых находилось очень много. После тщательного искуса, когда она убеждалась, что они способны нести монастырский труд и послушание и по своим нравственным качествам подходят под общий строй жизни обители, принимала их в число сестер. Таким образом, к 1890 году число сестер возросло и стало более 500. Благодаря их усердной молитве к Тихвинской Божией Матери – покровительнице обители и неустанным трудам, все они находили себе безбедное пропитание и особенной нужды не терпели. Даже нищие и бедные целыми толпами посещали трапезу обители и безотказно получали пищу.

Однажды сестры возроптали на игуменью за то, что она очень много раздает нищим и дозволяет для них делать большую трапезу, отчего будто бы их трапеза скудна и недостаточна. Игуменья, укорив их за неосновательное требование, все таки прекратила трапезу для нищих и бедных, но велела раздавать хлеб всем приходящим около врат. Такое неразумное требование не осталось без вразумления. Богу угодно было в 1888 году послать им тяжелое испытание. В этом году в одну ночь мороз побил всю их рожь на цвету. Пришлось убирать одну солому без зерна. Игуменья воспользовалась этим случаем, обратив его в назидание, - сказав, что это бедствие, обрушившееся только почти на одних них, есть наказание за отказ бедным и нищим в трапезе. С этих пор трапеза для них опять возобновилась и продолжается до сего времени.

Тяжелая доля, выпавшая на игуменью Серафиму по благоустройству и расширению обители, как злой рок, преследовала ее во всю ее жизнь. Почти ежегодные недороды, несмотря на хорошее удобрение и обработку земли, не давали стать обители на твердую ногу. Не прошло и трех лет после последнего недорода, как наступил совсем голодный 1891 год. На нивах принадлежащих монастырю, как в этот год почти и во всей России, ничего не уродилось.

Небольшие запасы прежних лет стали быстро истощаться. А выполнение главной задачи обители – быть не только просветителем известного края, но и отзывчивым помощником населению, имеющему какую-либо крайнюю нужду, - было в этом году в особенности благовременно. Таким образом, нужно было, кроме своих сестер, прокормить и многих бедных голодающих. Обитель насколько возможно и выполнила эту задачу. После того, как истощили запасы своего хлеба, игуменья стала покупать хлеб. Из прихода-расходных книг обители мы видим, что уже в ноябре месяце начались закупки ржи по неимоверно дорогой, тогда существовавшей, цене – от 1 р. 20 к. до 1 р. 30 к. за пуд. Всего было куплено более семи вагонов хлеба. Своих средств не стало доставать. И только благодаря добрым людям, помогавшим обители пожертвованиями и отпуском хлеба в долг, обитель вышла с честью из своей острой нужды.

1892 год был урожайный, и средства обители стали поправляться. Этот год достопамятен тем, что посетил город, а также обитель Преосвященный Иероним, известный своею административной деятельностью и благотворительностью в особенности по монастырям. Осмотрев обитель и ее местоположение, он заметил недостаток в воде, за которою приходится сестрам выходить за ограду монастыря к р. Пурсовке. Признав такое положение дела ненормальным, Преосвященный предложил настоятельнице провести из реки канал по монастырскому огороду и сделать на нем пруд. На первоначальное устройство канала он пожертвовал из своих средств 50 руб. В 1893 году канал и пруд были устроены, обслуживающие с большим удобством монастырь водою до сего времени. Не много времени спустя по отъезде Преосвященного, был от него прислан в дар обители большой серебряный потир и дискос с надписью на них следующих слов: "1892 года 5 июля в молитвенную память с благословением обители от Иеронима Епископа Тамбовского".

В последующее время жизни монастыря должно отметить начавшиеся большие стеснения в приобретении средств для монастыря. Сборы по книжкам были запрещены по обеим столицам и стали значительно уменьшаться. Самая выдача книжек от Епархиального Начальства, согласно распоряжениям Св. Синода, стала сопрягаться с большими затруднениями. И только благодаря своим усиленным работам по разным, прежде существовавшим и вновь открытым, рукоделиям, сестры могли поддерживать свое существование. Но и тут нужно было постоянно улучшать и совершенствовать свои работы. Фабричные и машинные изделия заметно сократили заказы на монастырские ручные работы. Чтобы совсем не лишиться их, нужно было зорко следить за развитием промышленности и самой не быть отсталой. Игуменья, действительно, шла навстречу требованию времени и улучшала рукоделия, для чего покупала машинки и посылала способных сестер учиться и усовершенствоваться разным рукодельным работам. Так, для улучшения живописи, игуменья посылала в Петербург одну сестру, где она обучалась живописи в художественных классах.

Веря в помощь Царицы Небесной обители и надеясь на расположение к ней добрых людей, Игуменья Серафима, когда являлась неотложная необходимость, начинала постройки и ремонты, что называется, с копейкой в руках. Так, белошвейная рукодельная помещалась в тесном и уже ветхом здании. Необходимо было заменить его новым. И вот, с небольшим запасом средств начинает она постройку большого двухэтажного корпуса. В 1894 году он уже был готов. В нем поместилось более 40 сестер.

Стремительная и энергичная деятельность Игуменьи поставляла ее же саму иногда в затруднительные обстоятельства. В 1895 году она заключает подряд на постройку нового иконостаса взамен небольшого и ветхого для главной Тихвинской церкви. К работам уже было приступлено. Но средства крайне истощились. А тут опять недород хлеба. Пришлось отсрочить окончательное выполнение этого заказа на неопределенное время. И только благодаря тому, что нашелся благодетель – знакомый игуменье, кадомский купец, Михаил Феодоров Рожнов, - дело скоро двинулось вперед. Он, по просьбе игуменьи, прислал с специальным назначением, "на иконостас" 10 тысяч рублей. Иконостас был быстро сделан и в 1897 г. июля 29 дня освящен игуменом Митрофаном, настоятелем Лебедянского монастыря, к общей радости сестер монастыря.

Иконостас – изящной работы и заставляет несколько на себе остановиться.

Он имеет три яруса, на которых помещены иконы великолепной живописной работы. Самое тело иконостаса столярной работы, резной с колоннами. Все колонны покрыты тяжелым золотом. Между иконами обращает особенное внимание местные образа Спасителя и Божией Матери. Икона Спасителя имеет серебряную ризу весом в 111/2 фунт. с серебряным вызолоченным венцом, украшенным разноцветными камнями. Рама вызолоченная с резьбой и за стеклом. Вверху иконы вызолоченное сияние с херувимами. Икона Казанския Божия Матери отделана также, как и икона Спасителя. Только на сей иконе, усердием неизвестного, повешено украшение из мелкого и среднего жемчуга около 10 золотников весу.

Но главную святыню монастыря составляет, помещенный на правой стороне перваго столба с западной стороны, образ Тихвинския Божия Матери – греческой живописи. Киота для этой иконы сделана под общий стиль иконостаса: вызолоченная резная рама, за стеклом. Риза иконы серебряная, вызолоченная весом 12 фунтов и 6 золотников. Серебряные вызолоченные венцы и короны украшены стразами и разноцветными камнями. На икону надеты две золотые пожертвованные цепи, в каждой вделаны по три больших камня. При одной цепи небольшой золотой крест. Здесь-же висят четыре небольших нити мелкаго жемчуга и множество украшений из серебра.

В архиве монастыря хранится "сказание о явлении чудотворныя Пресвятыя Богородицы иконы, нарицаемыя Тихвинския, что при Тихвино-Богородицком женском монастыре в г. Кирсанове, Тамбовской епархии и чудесах от нея". Из этого сказания видно, что Тихвинская икона Богородицы при Кирсановском женском монастыре есть подлинный снимок с той чудотворной иконы Божией Матери, которая нахолится в г. Тихвине. Приобретена она в 1826 году и, можно сказать, чудесным образом. В это время сестры Кирсановской богадельни занимались в Москве сбором доброхотных подаяний для строящагося у них храма. В судьбе их принял живое, христианское участие о. архимандрит Симонова монастыря Мельхиседек, который и помогал им в сборе между своими знакомыми. Часто бывая в доме одного господина стат. сов. Гавриила Петровича Смольвинскаго и, заметив, что у него много икон-снимков с Тихвинской иконы Божией Матери, он всячески убеждал этого господина подарить одну их них в новоустрояемый храм Кирсановской Тихвинской богадельни. Г. Смольвинский на все просьбы о. Архимандрита отвечал отказом. Но, вот, в следующую ночь после решительного отказа, он, по его рассказам видит сон. Пред ним предстали две монахини и попросили у него одну из Тихвинских икон. Проснувшись, он тотчас-же послал к о. Мельхиседеку и подарил просимую во сне монахинями икону для Кирсановской Тихвинской обители. Икона, как значится на ней в надписи, сделанной рукою самого жертвователя, подарена 17 марта 1826 года. Г. Смольвинский получил ее от настоятеля Тихвинского монастыря, Архимандрита Самуила, которою он благословил его при посещении им монастыря в марте месяце 1821 года. На иконе этой есть надпись, из которой видно, что она существовала до 1826 года "близ 100 лет".

Эта-то святая икона и почитается благоговейно в обители. Чтут ее не только жители г. Кирсанова, но и на много верст в окрестности. К 26 июня – дню празднования Тихвинский иконы – стекается множество народа из окрестных сел на поклонение честному образу Тихвинския Божия Матери. В этом-же "сказании" записано пятнадцать (15) чудес, совершившихся от Пречестнаго Ея образа над теми, которые с верою и любовию притекали к Богородице, прося милости и заступления в нуждах , бедах, скорбях и болезнях. В числе чудес записаны чудеса передаваемые по преданию из уст в уста, но есть и собственноручно засвидетельствованныя теми лицами, над которыми они совершились. Пред сею св. иконою по заамвонной молитве ежедневно поется "Высшую небес", затем читается молитва ко Пресвятой Владычице Богородице с коленопреклонением, перед которой на эктении поминаются о здравии игуменья монастыря с сестрами и благотворители и благоукрасители св. обители.

На правой стороне Тихвинской иконы Божией Матери стоит серебряная на медных высеребренных ножках рака с частицами святых мощей, к которым благоговейно прикладываются молящиеся.

Остальные иконы, расположенные в самом иконостасе и по стенам храма, в общем гармонируют со всем стилем храма и производят приятное впечатление, как по художественной живописи, так и по отделке. Таким образом, монастырь и при скудных средствах, благодаря умелой и энергичной деятельности игуменьи Серафимы, благоукрашался и возрастал.

В 1900 году во дворе монастыря, против южных дверей храма был сделан колодец-водокачка для совершения при нем всех водосвятий с крестными ходами. Над источником высится часовня, на верху которой поставлен крест. Чистая, приятная на вкус вода этого источника обслуживает обитель и употребляется попреимеществу для питья.

В этом же году за трудолюбие и изящную работу сестры удостоились высокой награды. Они, по предложению епархиального начальства, приняли участие на выставке своих рукоделий в кустарном отделе всемирной парижской выставки 1900 года. Для этого ими было отправлено несколько вещей, шитых золотом и шелками. Самою ценною и изящною работою был омофор, шитый золотом по серебряной канве, за что и был прислан монастырю диплом "Высшей Награды" ("Grand prix").

За свои труды и заботу о благосостоянии монастыря игуменья имела все награды, кончая золотым наперсным крестом из Кабинета Его Величества, украшенным драгоценными камнями. В 1903 году она получила последнюю награду—благословение Св. Синода с грамотою "за ревностную заботливость в деле благоустройства местной церковно-приходской школы". Ею, действительно, выстроено светлое и просторное здание для школы и приюта, вмещающее в себе более ста учениц и до 20 бедных сирот-приютанок на содержании монастыря. Вообще, заботы игуменьи касались всей жизни обители. Везде она любила благоустройство и порядок. И где замечался какой-либо недостаток или упущение, скоро и основательно ей пополнялся и обновлялся. Как любительница церковного пения, она, например, в первые же годы обратила внимание на неправильную его постановку. И вот, приглашает отдельного учителя пения, который сделал иную постановку хорового клиросного пения и подготовил управительницу хора. И теперь отдать честь хору за прекрасное и гармоничное клиросное пение.

1903 год был знаменательным годом для нашей Тамбовской епархии. В этом году 19 июля состоялось величественное торжество прославления мощей преподобного и богоносного отца нашего Серафима, Саровского чудотворца. Так как Кирсановская Тихвинская обитель издавна имела связь с Саровской, откуда она получила "Устав", а главное, благословение самого "преподобного" на устройство храма, то игуменья сочла за должное присутствовать на открытии мощей, где, кстати, представлялась возможность лицезреть Верховного Вождя нашего Отечества, Государя Императора с Его Августейшим семейством, посетившим это торжество. Для запечатления в памяти обители этого чудного события, игуменья вскоре по возвращении соорудила икону Преподобного Серафима в серебряной тяжелой ризе за стеклом, написанную самими сестрами обители. Поставлена она рядом с Тихвинской иконой Божией Матери по правую сторону. В особом ящике, сделанном в киоте этой иконы, хранится святыня для монастыря, – тот молитвослов, который подарен был руками самого Преподобного в 1823 году послушнице Анисии Васильевной, впоследствии игуменьи Антонине.

После такой трудной для семидесяти семи летнего возраста поездки в Саров, игуменья стала часто недомогать, хотя и старалась показаться бодрой. Но часто повторяющиеся припадки слабости заставляли ее подумывать о близком расчете с жизнью, о чем она часто упоминала в частных разговорах и неоднократно просила помолиться за ее немощи и грехи. И вот, в конце января 1904 года с нею случился сильный паралич. Напутствованная неоднократно причащением св. Таин Христовых и елеосвящением, она 5 февраля в 5 ч. вечера мирно отошла ко Господу после 25 летнего управления монастырем на 77 году жизни.

Сожалению и слезам сестер не было конца. И действительно, было о чем пожалеть. Это была истинная мать для сестер. Ее простота и любвеобильность, ее желание во всем преследовать мир и согласие были основными правилами жизни. Нарушивших то или другое монастырское правило жизни она призывала и матерински увещевала не повторять этого поступка в другой раз. Если кого и накажет, и поставит на поклоны, то в скором времени и сама заскорбит, позовет и, давши назидание, сама даже попросит прощения за то, что, может быть, сильно или напрасно оскорбила. Все шли к игуменьи, как к своей матери, просто, безбоязненно, зная, что встретят у ней ласку и привет. Вот, бывало, принесет старшая сестра работу из своей рукодельной напоказ. Видит, работа сделана плоховато. Не станет она ее журить и упрекать, а поблагодарит за труд, укажет недостатки работы и попросит на будущее время постараться их исправить. За всеми рукодельными работами и за постройками, насколько хватало сил и времени, смотрела сама. Сама часто посещала трапезу, где для общего назидания сестер говорила нравоучение простыми, но сильными словами, вызывающими слезы сокрушения и раскаяния. Научала быть смиренными послушными, иметь усердие к молитве и непрестанно трудиться, а старших просила любить и назидать младших.

Горожане, за ее ласку и обходительность, питали к ней уважение и почтительно к ней относились. Как только разнеслась весть о смерти игуменьи, многие горожане пришли отдать ей последний долг. Так отошла в вечность одна из видных устроительниц Тихвинской обители!..

По смерти игуменьи Серафимы, сначала исправляющей должность, а потом и настоящей настоятельницей была Начальством назначена, согласно единодушному избранию сестер, казначея монахиня Антония. Назначение состоялось 1904 года ноября 27 дня, а возведение в сан игуменьи 19 декабря сего же года.

Вновь посвященная игуменья Антония – в мире Анна Ивановна Новикова – родом из г. Козельска, Калужской губ. и происходит из купеческой семьи. По влечению своего сердца и по склонности к монашеской жизни, она, будучи 15 лет, в 1860 году поступила в Кирсановскую Тихвинскую обитель. В 1899 году июля 29 дня она была пострижена в монашество, а в 1903 году утверждена казначеей монастыря. Всю жизнь свою она несла послушание в живописной, где была руководительницей иконной живописи.

По вступлении своем в должность начальницы, игуменья Антония первым долгом сочла довести до конца постройку здания для приюта и церковно-приходской школы. К 1905 учебному году здание было готово, и в нем началось учение.

Как и предшественница, игуменья Антония все свои скудные средства стала употреблять на ремонт и необходимые постройки для монастыря. Особенное внимание она обратила на улучшение хозяйственных дел на хуторе при с. Кипеце. Здесь сразу потребовалось многое изменить, как в управлении хутором, так и в ведении дел земельных. Эту нелегкую задачу взяла на себя вновь избранная – энергичная и умная казначея Евгения, в мире Александра Васильевна Волосатова.

В сентябре месяце 1904 года, когда Антония была еще исправляющею должность настоятельницы, посетил город и обитель Преосвященный Иннокентий, Епископ Тамбовский. При осмотре монастырских зданий, он заметил, что людские для рабочих и конюшни находятся в стенах монастыря. Находя это неудобным, он велел перенести их на другое более удобное место. Согласно указанию Преосвященного, игуменья в 1905 году построила новое каменное здание для конюшни и таковую же людскую на гостином дворе. В 1906 году была сделана окраска крыш и стен храма снаружи, что вызвало большой расход, который в особенности должен быть тяжел для обители, так как в этом году был недород, как озимых, так и яровых хлебов. При этом и самое ведение сельского хозяйства на хуторе стало очень затруднительным и дорогим, вследствие страшных аграрных движений крестьян, которые стали требовать от монастыря бесплатного прокормления и дорогих цен за работу.

Но вся надежда обители была на помощь и заступление Царицы Небесной, которая столько лет вела обитель к благоустройству и процветанию. Должно верить и надеяться, что и далее поведет Она таким же, хотя и скорбным, но в конце концов благополучным путем… "Сила Божия в немощи совершается"…

Примечания

[1] В Синодике монастырской записаны многие благотворители, которым обязана обитель устроением своего храма: 1) Василий М. Малин пожертвовал 1000 руб. сер. 2) Г-жа Лесникова из Петербурга прислала 1000 руб. сер. 3) Оттуда же неоднократно присылал по 1000 руб. сер. г. Дятлов Павел Дмитриевич. 4) Из Москвы Владимир Семен. Алексеев, кроме 1000 руб., прислал к освящению храма одежды на престол и жертвенник, всю утварь для богослужения и богатую ризницу для священно-служителей. Кроме этих благотворений обитель с 1857 г. имела счастье ежегодно получать к праздникам Рождества и Воскресения Спасителя по 50 руб. на чай и сахар сестрам от Государыни Императрицы Марии Александровны.