Герб города Кирсанова

1919-1920 учебный год.

Голодно, антоновщина, тревожно. Приближается 1-е сентября. Коллектив к занятиям готов, но здание школы продолжает занимать военный госпиталь. Комиссариат просвещения от жизни школ в стороне. Было так, что судьба школы дело самой школы, и начавшие функционировать в 1918-1919 учебном году школы стали бесследно исчезать. О начале занятий речи быть не может. Обошли родителей учащихся, подали неясные свои им надежды на возможный выход из положения.

И вот в такой ситуации приказ местного комиссара "О недопустимости школ в составе 5-ти групп". Другие школы 1-й ступени и существовали только в составе 5-ти групп, а у нас их 10. О выполнении приказа срочно сообщить. В жизненность мероприятия не верили, делиться на две школы нужно было. Неприятное, щекотливое и обидное дело для выделяемых. Но пять групп выделили, как и часть преподавателей. Выделенную школу назвали школой 1 ступени № 5 взамен исчезнувшей, но все в коллективе продолжали жить общей жизнью. Школа считалась школой 1 ст. № 2, с числом учителей 9 и числом учащихся 192.

Неожиданно свертывается и эвакуируется из Кирсанова военный госпиталь. Здание школы освобождается. Поспешил туда. Загрязнено оно до предела и в таком состоянии, что обязателен самый солидный ремонт, чтобы в него войти. А материалов никаких и денег ни полушки. Было так, что по линии Комиссариата школам средства отпускались только на зарплату, а на хознужды средств не было.

Как быть? К родителям за помощью, но было еще то время, что и мы, учителя, этого не допускали. Господствовало убеждение, что сама мысль, брать с родителей для школы деньги, была преступной.

Школа повисла в воздухе. Ходим, руками разводим. Направляюсь снова в школу, а там военные. Здание школы заняла Слабосильная команда 20-го запасного Сибирского полка.

Снова обходим родителей учащихся. Только 15/I, наконец, нашли мы одну комнату для занятий в доме Комаренко по ул. Гоголя, на 2-м этаже. По моей просьбе ее уступил нам начальник Уездного Военного гарнизонного политпросвета, в котором я состоял лектором. Довольны были мы безмерно, ибо предоставленная нам комната, как мечта по тому времени, еще и отапливалась. Быстро оповестили мы учащихся, и начали занятия. Каждый класс занимался два раза в неделю. Школа существовала!

Но в Горжилуправление я не переставал ходить и 17/III получил там ордер на занятие под школу частного дома некого Шлыкова по Нагорной улице (теперь Урицкого).

В составе 10 групп, как бы мы и не делились на две школы № 2 и № 5, тут же вошли мы в предоставленный нам дом и в 3-х его комнатах стала заниматься в три смены. Занятия закончили 20/VII. Произвели выпуск 5-х групп и выдали учащимся свидетельства об окончании 1 ступени.

Воинская часть 20-го запасного Сибирского полка 30/III 1920 г. здание школы освобождает. Я в заботах, как же быть! Нужен большой, большой ремонт. Но меня вызвал заведующий УОНО (Уездный Отдел Народного Образования - прим. сост.) и сказал, что здание школы нам возвращено не будет. "Почему?" "Здание передается д/дому № 3, заведующему Севастьянову. На базе этого д/дома в здании Вашей школы будет создан "Детский дворец". Севастьянов, откуда-то появившийся в Кирсанове совсем молодой бахвалистый парень, был назначен заведующим указанного д/дома № 3. Детдом этот находился на Красноармейской улице, где сейчас Детская поликлиника. Детский дворец, нечто вроде нынешней школы-интерната совместно с домом пионеров. Уму непостижимо! Голод, без топки, холод, средств никаких, оборудования никакого и ничего другого нужного, а Севастьянов и зав. УОНО отняли у нас здание и видели "Детский дворец" осуществленным и функционирующим в этом же году. "А как наша школа?" "А Вы зачем там заведующим? Ваше дело". Собрали мы все свое имущество в комнату, где сейчас физический кабинет, и смотрели, как ребята д/дома бегают по всему зданию, еще больше загрязняют и уродуют его.

Первым в Кирсанове Уездным Комиссаром Просвещения был Е. Шарапов, после него Лукьянов - член партии. Шарапов - до этого молодой рядовой почтовый работник в Кирсанове. Лукьянов - сын местного портного, мой недавний ученик по реальному училищу, пока без специальности.