Герб города Кирсанова

Материнская красота

Летом у дома Погорянских полно цветов. Вечером по двору от них стелется тонкий аромат, и Нина Ивановна подолгу стоит у пестрых клумб. Любуется на удивительное соцветие красок - от буйно-пурпурных до бледно-розовых и голубых. Светло-серые глаза ее делаются тогда тоже голубыми и растроганно-нежными. Такими они становятся всегда, когда что-нибудь приятное волнует Нину Ивановну: долгожданное письмо от сына-солдата, порывистая нежность дочери-школьницы или неловкая ласка мужа. Есть у Нины Ивановны еще одна слабость, при воспоминании о которой у нее тоже голубеют глаза. Слабость эта - любовь к технике. Кто знает, когда появилась она. Только когда Нине Ивановне впервые удалось сесть на трактор, она почувствовала себя счастливой. Счастливой оттого, что огромная устрашающе - лязгающая махина подчиняется ей, слабой и хрупкой. И еще оттого, что рядом сидел Дмитрий и внимательно следил за ее маленькими руками, готовый в любую минуту перехватить рычаги.

Это был его трактор, и он, наверняка, нарушал какую-нибудь строгую инструкцию по технике безопасности, когда доверял трактор жене. Но она была бесконечно благодарна ему за это. А потом, когда она работала уже в Марьинском колхозе "Страна Советов" машинистом на дробилке фуража, она почти каждый день выбирала время сходить к мужу в поле. Снести обед, посмотреть, как идут дела у него, тракториста Марьинской ММС. И если удавалось - снова садилась на трактор. И когда Володька, ее незаметно повзрослевший сын, заявил, что тоже хочет стать трактористом, она не удивилась. Володька вместе с отцом стал ходить в машинно-мелиоративную станцию и вскоре уже самостоятельно водил трактор. Потом его призвали в армию, но и там, пишет Владимир, тоже имеет дело с техникой.

А вскоре сияющая Тамара сообщила матери новость: при Марьинской восьмилетней школе открылся технический кружок, и она тоже будет изучать трактор. Нина Ивановна смотрела на дочь, читала письма сына и радовалась за них: вот ведь как хорошо складывается их жизнь, как быстро и просто сбывается их мечта. Не то что у нее:

Словно подслушав ее тайные мысли, вызвал этой зимой Погорянскую председатель колхоза и предложил:
- Поезжай-ка, Нина Ивановна, в Кирсанов на курсы бригадиров женских тракторных бригад. Кандидатуру твою мы уже обсудили и пришли к выводу: очень подходящее это для тебя дело.
Сначала она обрадовалась, потом испугалась: справлюсь ли?
Домой пришла вконец расстроенной, а муж ей:
- Не бойся, справишься. В случае чего - помогу.
А Тамара - та от восторга чуть в ладоши не захлопала:
-Ой, мамочка, как хорошо-то! Поезжай, непременно, поезжай. А за дом не волнуйся, мы с папой все как надо сделаем, - закончила дочь совсем по-взрослому - серьезно и рассудительно. - Будут у нас в семье теперь все трактористы.

Первое время Нине Ивановне на курсах было трудно. Да и за дом волновалась. В выходной поехала в Марьинку. В доме нашла полный порядок. Но новая тревога легла на материнское сердце: от Владимира давно нет писем.

На курсах их занималось сорок пять человек, съехавшихся со всех концов Тамбовской области. Из Кирсановского района было пятеро. Самая молоденькая из них - Маша Сысоева, трактористка из совхоза "Соколовский", самая старшая она - Нина Ивановна. Маша как-то поделилась: напечатали ее портрет в центральном журнале и теперь идут отовсюду письма. Больше всего от девушек, которым матери не разрешают стать механизаторами.

Нина Ивановна вспомнила тогда свою Тамару, и глаза ее стали голубыми-голубыми. Нет, она-то уж не встанет на пути у дочери, не скажет: "Чище работы найти не можешь?"...

Дни на курсах пробегали быстро. Вот и экзамены. Нина Ивановна волновалась так, что казалось, забыла самое элементарное. Однако находила силы взять себя в руки, а вечером в ответ на телефонный звонок Тамары говорила радостно:
- Получила снова четверку.

27 февраля у Погорянской был очень счастливый день. Накануне от Володи пришло письмо: жив - здоров, не писал потому, что переезжал с воинской частью на новое место службы. А на другой день в районном Доме культуры им вручали свидетельства об окончании курсов и горячо поздравляли - областные и районные руководители, работники промышленных предприятий, пионеры. Говорили теплые напутственные слова, дарили памятные подарки.

Нина Ивановна в розовой шерстяной кофточке, хорошо оттеняющей неяркий румянец щек, старалась запомнить каждое слово, все конфузилась и волновалась:
- Почет-то какой. Скорее бы делом оправдать его.

И немного жалела, что нет в этом зале ее мужа и детей, чтоб разделить с ними радость. И опять возвращалась к мысли, которая последнее время все чаше приходила к ней: не пора ли вступить в партию. В конце концов решила так: поработать юбилейную весну на колхозном поле, постараться успешно выдержать еще один экзамен - практической работы бригадира женского тракторного звена, а тогда уже принести заявление в колхозную партийную организацию...

Летом у дома Погорянских полно цветов. Зацветут они и в это лето. И опять по вечерам будет вдыхать их аромат тонкая хрупкая женщина, обаятельная сила которой в правильном понимании крестьянского долга и большой материнской красоте.
8 марта 1970 г.