Герб города Кирсанова

Сестры

Они живут в Шиновке, в одном из дальних ее уголков. Живут на одном месте всю жизнь. Здесь умерли мать и отец. Отсюда разошлись кто куда братья и сестры. А они - Евгения Васильевна и Анна Васильевна Болотины - так и остались в родном доме. Когда ещё до войны умерла мать, оставив с мужем-инвалидом семерых детей, старшие из них Евгения и Анна взяли заботу о младших на себя. Правда, те тоже были уже не малышами. Скоро вышла замуж Лидия, уехали на учебу сначала Павел, а потом Антонина (один - в среднее учебное заведение, другая - в высшее). С сестрами и отцом остались лишь четырнадцатилетняя Маруся и одиннадцатилетний Саша. Но хлопот все равно хватало, и Евгения все меньше думала о личной жизни. Знала лишь дом да колхоз, в котором работала с самого 1930 года.

Учиться ей довелось всего два года. Время после революции было трудное. Лишь когда организовалась в селе школа ликбеза (ликвидации безграмотности), научилась писать и читать. С тех пор пристрастилась к книгам и уже сама доходила до многого.

К началу Великой Отечественной войны Евгении Васильевне шел тридцать первый год. Анне Васильевне - двадцать девятый. Старшая из сестер по-прежнему трудилась в колхозе. Только теперь доставался тот труд тяжелее, потому что из мужиков остались в селе лишь такие, как отец - инвалид второй группы, да как младший брат - подросток. Вот и приходилось женщинам косить и молотить, пахать на быках и коровах. В последние военные годы, когда колхозная скотина обессиливала от зимней бескормицы, запрягали в ярмо своих коров. Евгения Васильевна тоже запрягала свою Машку, потому что, как и все, понимала: без хлеба на войне не сдюжить. Сами хлеба почти не видали. Работали, как говорили, "за палочки" - за пометки в табеле о выходах на работу, по которым должен был вестись расчет на оплату отработанных трудовых дней. Только оплаты никакой - ни натуральной, ни денежной - по сути, не было. Потому пометки в табеле оставались нереализованными "палочками". А плата вся - лишь обед на всех на току или в поле, который домой в кармане не унесешь. Спасибо, приносила домой часть 600-граммовой пайки хлеба Анна Васильевна. Та до войны была путевой рабочей на железной дороге. В войну на озере Лебяжье добывала вместе с другими женщинами торф. Работа тоже была такая, что суточный хлебный паек (сырой и тяжелый) можно было съесть за один раз. Но помнила о младшем братишке, отрывала кусок хлеба от себя, несла ему.

На торфяных разработках, но под Шатурой, работала в войну и младшая сестра Мария, посланная позже на трудовой фронт под Сталинград. Брат Павел воевал на настоящем фронте, где-то на Украине. А в 1943-ем пошел воевать и самый младший Александр, тот, о котором более всего заботились сестры.

Война пощадила их, дала вернуться домой живыми. Но мирная жизнь налаживалась нелегко. Снова проводились подписки на денежный заем государству (отдавали последнее). Несли для обязательной сдачи молоко, мясо, яйца (если не было, выплачивали нужную сумму деньгами). Сдавала, что положено, и платила, что положено, и Евгения Васильевна, оставшаяся по-прежнему колхозницей и работавшая по-прежнему там, где требовались руки. Они то подавали в молотилку снопы, то нагружали зерно в автомашины, то брались за тяпку и пололи гектары сахарной свеклы. А дома ласкали племянников - детей сестер Антонины и Марии, живших неподалеку. Антонина Васильевна, работавшая тогда учительницей в Гусевке, оставляла на Евгению Васильевну какое-то время восьмимесячную дочь. Да и другая ее дочка, так же как дочери и сын Марии Васильевны, работавшей на фабрике "Победа", часто находили приют у тети Жени и тети Ани.

Они продолжали жить вместе. Анна Васильевна после войны двадцать один год проработала в железнодорожных яслях прачкой. Оттуда ушла на пенсию. Ни не усидела дома. Пошла в колхоз, потом вернулась в ясли. Потом четыре года была опять колхозной свекловичницей. А Евгения Василъевна так и не изменила колхозному делу. Сорок лет исполняла его верой и правдой, заслужила юбилейную ленинскую медаль, почетные грамоты и благодарности.

Теперь ей идет семьдесят девятый год. Уже подводит зpeние, но, как и прежде, любит читать. Сохранила хорошую память. В укор иным матерям без запинки называет года рождения всех сестер, братьев, многих племянников. Интересно рассказывает о прошлом, в том числе о годах гражданской войны, когда на Kирсанов через Шиновку шел антоновский отряд.

- Скакали на лошади полем. У нас никого не тронули, но страх у всех был большой, потому что в соседнем селе убили двоих. Мне было тогда лет одиннадцать. Помню, как легли я и младшие сестры на пол. Слышали, как у города началась стрельба, послышались крики. Но длилось это не очень долго. Антоновцев отбили. Еще запомнилось о том времени - было голодно. На железную дорогу ходили собирать кусочки соли...

У Анны Васильевны притупился слух. Донимают разные болезни. Но силы еще хватает вместе со старшей сестрой обработать огород, поддерживать в доме порядок.

В тот день, как побывал у сестер корреспондент, стоял на призеркальном столике ароматный букет белых хризантем. Принесла их жена младшего племянника Александра, приходившая в гости. Оставила в знак уважения долгой и нелегкой жизни сестер Болотиных, в знак того, что не одиноки они, сделавшие немало на пользу общества и близких людей.
11 ноября 1989 г.