Герб города Кирсанова

Америка глазами Сергея Елизарова

Сергей Елизаров некоторое время назад был кирсановским школьником, учился в городской средней школе № 4, в которой учились в те годы все дети из семей, проживающих на территории авиатехучилища гражданской авиации. В этом училище преподавателем математики работает мать Сергея Нина Николаевна. А отец его, Владимир Иванович Елизаров, - врач-хирург центральной районной больницы.

В 1989 году Сергей - студент первого курса Московского государственного университета имени Ломоносова. Но прежде чем стал им, в его жизни произошли события, заслуживающие особого разговора.

Начались они с обычной школьной физико-математической Олимпиады, на которой тогдашний восьмиклассник Сергей Елизаров стал победителем. Среди призеров оказался он и на областной олимпиаде юных физиков и математиков, прошедшей той же зимой 1986-87 года в Рассказове. Вернулся после неё домой. А вскоре получил неожиданное приглашение на продолжение учебы в Москву, в физико-математическую школу-интернат при МГУ. Оказалось, что в задачах для старшеклассников на областной олимпиаде были внесены некоторые задачи по тестам той самой московской школы. И лучшие работы участников олимпиады были направлены туда.

Елизаров осенью 1987 года стал учеником девятого класса физико-математической школы-интерната при Московском госуниверситете (конечно, с согласия родителей). К тому времени в этой школе уже побывал директор одной из американских школ, предложивший обмен учащимися в рамках международной миролюбивой акции по молодежным и детским обменам.

Сначала в Москву в физико-математическую школу-интернат приехали пять американских школьников. Потом ее пять учеников отправились в Соединенные Штаты Америки. Затем все повторилось. И в числе очередной (второй) пятёрки ребят, направляемых из школы при МГУ за океан, оказался Сергей Елизаров.

По его словам, он не может сказать, что лежало в основе решения руководителей школы при подборе кандидатур на поездку. Однако не без основания полагает, что исходными были показатели учебы, степень владения английским языком, общий уровень развития школьников.

Поездка Сергея в США пришлась на апрель - май 1989 года. Он был к тому времени десятиклассником, готовился к завершению учебы в школе при МГУ. Выпускные экзамены сдавал по возвращении из поездки. (В МГУ по их результатам он был принят без экзаменов). А в заключение школьной учебы написал реферат о поездке за океан, который озаглавил "Америка моими глазами". Некоторые положения из него стали как исходными для публикуемого сегодня интервью с Сергеем, взятого во время приезда его в Кирсанов на зимние студенческие каникулы.

1. ИЗ ОКНА АВТОБУСА И ВНЕ ЕГО

"Итак, я имел редкую возможность побывать в США. Я посетил только северо-восточную часть этой большой страны и провел там около месяца, но впечатлений набрался на всю жизнь... На самолетах, в том числе на очень больших, я летал не раз, поэтому полет на "Боинге" особого следа у меня не оставил, наши самолеты, по-моему, не хуже. Но отмечу, что девять часов беспосадочного полета прошли довольно легко благодаря хорошему обслуживанию пассажиров.

После приземления в аэропорту Нью-Йорка нас встретили друзья из американской школы, которые были в Москве в прошлом году, и нам пришлось переключиться на английский. По дороге в школу (около 200 км от Нью-Йорка) меня поразили две вещи: обилие автомобилей на дороге и очень большой процент водителей-женщин (о качестве американских дорог я знал раньше).

Разумеется, первое время мы молча смотрели по сторонам, стараясь ничего не пропустить... Мы пересекли границу штата Коннектикут и проехали ряд небольших городов. Бросались в глаза чистота автодорог и обочин, да и все, что находилось за ними, было хорошо ухожено: скромные опрятные коттеджи, небольшие приусадебные участки, спортплощадки, зелень кругом.

Позднее мы узнали, что это типичный ландшафт Коннектикута и большинства северо-восточных штатов. Вообще же Коннектикут - один на самых богатых и тихих штатов США, где больше всего денег идет на социальные нужды. Недаром ряд школ, подобных той, в которую мы направлялись, существует именно в Коннектикуте".
(Из реферата С. Елизарова "Америка моими глазами").

- Сергей, эту часть реферата ты назвал "Взгляд туриста из окна автобуса". Позже ты смотрел на Америку не только из окон. Хотелось бы знать об этих впечатлениях, прежде всего от общения с американцами.
- Общения начались сразу же по приезду и продолжались до последнего дня. В первую очередь это были общения с ребятами из школы. Я тоже написал об этом в реферате. В первые дни ребята смело, по-американски, подсаживались к нам за стол, заводили разговоры на улице, в учебных кабинетах, в спортзале. Я тысячу раз попадал в неудобное положение из-за незнания языка в достаточной мере. Их практически интересовало все в Советском Союзе, начиная с перестройки и кончая русским жаргоном. Порой приходилось сталкиваться с интересными представлениями о наших действиях и о нас самих. Например, один мальчик, приехавший из Флориды, видел катастрофу "Челленджера" и первое время был совершенно уверен, что это - диверсия советской подводной лодки, располагавшейся вблизи мыса Канаверал. Другой мальчик очень удивился, когда я объяснил, что на значке, лежащем у него на руке и привезенном из СССР написано: "демократия". Но в целом мы встречали теплое отношение, уважение и понимание со стороны ребят, учителей и других людей.

- Где вы встречались с другими людьми? Могли ли общаться на улицах и могли ли вообще свободно ходить вне территории школы?
- Да, мы ходили совершенно свободно по улицам города Уоллингфорда, в котором жили. (По величине он почти такой же, как Кирсанов, с населением примерно в тридцать тысяч человек). Бывали в магазинах, дважды были в кино, в музеях. Инициативу в общении чаще проявляли не мы, а другая сторона. Узнав, что мы из Советского Союза, американцы выражали к нам повышенный интерес. Глубокой и широкой беседе мешало то, о чем я уже говорил - наши трудности с английской речью. Чаще темой разговоров были космические исследования в СССР. Американцы признают большие достижения Советского Союза в этой области исследований и не связывают это с какими-либо случайностями. Этим я хочу сказать, что в США не боятся признавать чужие успехи, так же как и обнажать свои больные места, такие как, например, война во Вьетнаме, наркомания и наркобизнес. Не скрывают того, что в их стране много бездомных и безработных. Мы тоже видели их на улицах городов, в которых приходилось бывать.

- Как вы их определяли?
- Очень просто. Идешь по улице. Видишь - на скамье разостлано одеяло. Порой из-под него показывается человек небритый, помятый, грязный. Если с нами был кто-либо из американцев, он не пытался отвлечь нас от этой картины. Спокойно объяснял, что бездомных и безработных в Америке много, и это - одна из ее нерешенных пока социальных проблем.

Довольно близко мы познакомились с незнакомым нам до того понятием биржи. Не раз самостоятельно ходили на нее.

- Что еще интересует американцев относительно нашей страны?
- Не раз они заводили разговор о нашей перестройке. При этом у меня сложилось впечатление, что они верят в неё едва ли не больше, чем мы. Кстати, в американском журнале "Таймс" как раз была напечатана статья о Тамбове - "Перестройка в провинции" с красочными иллюстрациями. И стоило только сказать, что я из Тамбова (другие ребята были из других городов), как многие собеседники кивали головами: "О Тамбов, знаем, знаем". Не раз, заслышав русскую речь, к нам подходили русские, давно или недавно выехавшие из России. Если не в словах, то в глазах у каждого виделась тоска по Родине.

- Ваше знакомство с. США не ограничилось штатом Коннектикут? Где еще довелось побывать?
- Нас возили на экскурсию в Нью-Йорк, Вашингтон. Мы побывали в Белом доме, даже у кабинета президента Буша. Поднимаясь по внутренней винтовой лестнице, осмотрели изнутри статую Свободы. Были в музеях. В свободное время (обычно вечерами) ходили по улицам. В это время они преображаются. Повсюду зажигается яркая иллюминация. Открываются увеселительные заведения. На улицах становится многолюдно и шумно. Деловая жизнь в городе прекращается. Начинается отдых.

- Но вернемся, Сергей, к школе. В своем реферате название ее сокращенно ты обозначаешь тремя английскими буквами, которые наша газета не сможет воспроизвести из-за отсутствия в типографии английского шрифта. Поэтому будем называть ее просто школой. А беседу о ней начнем с выписки из твоего реферата, из раздела "Коротко о системе обучения и некоторых моральных устоях".

2. АМЕРИКАНСКАЯ ШКОЛА, КАКАЯ ОНА?
"Говоря о системе обучения в школе, я должен отметить, во-первых, плату за обучение порядка 10 - 20 тысяч долларов в год, во-вторых, почти свободный выбор студентами курсов (почти - потому, что за четыре года студент обязан изучить два одногодичных курса, остальное время он может тратить на что хочет), в третьих - отличную материальную базу и, в четвертых - очень неполное ее использование... За студентами никто не следит, кроме их собственной совести. Это касается и посещения уроков, и оценок, и выполнения домашних заданий. (Строго говоря, это не совсем верно. Меры наказания и какие-то нормы есть, но они имеют совсем другой характер, чем у нас). Это влияет на учителя, который не делает никаких замечаний студентам по поводу поведения, одежды, прически, успеваемости на уроке, никогда не звучат слова "лентяи", "лоботрясы" и т.д.

Для характеристики материальной базы я скажу только об уроке английского. В течение месяца мы два раза смотрели новости по видео, два раза - художественные фильмы, один раз снимались на видеопленку с последующим просмотром и прослушиванием видеозаписи (с целью анализа и совершенствовании произношения)..."
(Из реферата С. Елизарова "Америка моими глазами").

- Сначала, Сергей, о том, почему ты называешь обучающихся в школе студентами, и вообще расскажи о школе подробнее: где она размещается, как велика, где вы жили?
- Эта школа типа колледжа, интерната на тысячу человек. (Наша школа при МГУ на триста). Американские учащиеся по возрасту и уровню подготовки как бы наши старшеклассники и первокурсники вузов. Предметы те же, что и у нас в старших классах, но есть еще уроки живописи, театра и музыки. Из иностранных языков изучают по выбору испанский, французский, итальянский, русский (для нас он был обязательным). Американских ребят в школе процентов 60. Остальные - приехавшие, как мы, из разных стран - из Франции, Италии, ГДР, ФРГ, Испании, Китая, стран Африки.

Школа занимает довольно обширную территорию как бы лесопарковой зоны. На ней множество коттеджей из стекла и бетона (двух-четырёх этажей) учебного, жилого, иного назначения. Много спортивных площадок и спортивных сооружений, в том числе крытый плавательный бассейн (разговор о спорте особый). Всё чисто, опрятно, со вкусом, без бросающихся в глаза излишеств.

Нашу пятёрку из СССР сразу отделили друг от друга. Поселили по разным жилым коттеджам, в двухместные комнаты, где вторым жильцом был американский школьник. Со мной жил Майкл Робертсон, сын, очевидно, состоятельных родителей. В той школе вообще учатся дети богатых американцев из-за высокой платы за обучение. (Мы, приехавшие из СССР, плату лично не вносили, как не платили вообще за поездку в США. Это было сделано по линии государства).

Платность обучения во многом определяет отношения ученика и учителя. В работе учителя совсем нет нажима. Есть лишь искреннее желание передать свои знания. Ученик может брать их, может выбрать для глубокого изучения другой предмет, а может выбрать и другого учителя, то есть начать ходить на уроки к другому преподавателю. Посещение уроков вообще свободное.

- А как оцениваются знания?
- Как и у нас, по пятибалльной системе, но не цифрами, а начальными буквами алфавита. Вообще же оценки ставятся редко. Чаще выставляется число баллов из числа возможных. Например, за первую письменную работу по физике я получил 55 баллов из 100.

- На каком языке выполнялась работа - на русском или английском?
- Только на английском, как и все остальные письменные и устные задания. Мы ведь были просто учениками в классе, где шел обычный учебный процесс Выполняли все то, что выполняли остальные ученики. И то, что я довольно слабо справился с первой письменной работой по физике, объясняется в основном тем, что я не смог правильно перевести и понять задание. С совершенствованием английского эта трудность была преодолена, выставляемые баллы-оценки чаще всего стали соответствовать максимальным. Тем более что уровень обучения по физике и математике в той школе ниже, чем в нашей московской.

- А по другим предметам?
- Мне трудно делать широкие сравнения, так как я не все предметы посещал. Могу лишь сказать, что оборудованы все учебные кабинеты лучше наших, очень нравились занятия живописью. Проходили они едва ли не в настоящей изостудии при полном оснащении и обеспечении ее всем необходимым.

- И какие у тебя были успехи?
- По-моему, с двумя работами я справился неплохо. Учитель и здесь не довлеет над учеником. Не говорит, что у него не получается. Он очень доброжелательно делает замечания, а вернее, советует, как можно сделать еще лучше. Вообще у учителей и учеников нет погони за высокими оценками. Те, кто хотят получить знания, получают их. Кто не слишком стремится к тому, учится по мере желания и способностей. Но большинство все-таки стараются: деньги за учебу заплачены, и нельзя, чтобы они были выброшены напрасно.

- Кстати, Сергей, какое отношение к деньгам у детей из богатых американских семей (а в школе, ты говорил, учатся именно такие)?
- Деньги они умеют ценить, но я не замечал какого-то болезненного к ним отношения. Самое спокойное отношение к одежде. Она порой даже нарочито простая, хотя у девушек есть дорогие украшения. Больше, однако, всё исходит из того, что хорошо то, что удобно. На воспитание практичности, деловитости направлено много из системы обучения. Например, если наши математические и физические задачи изобилуют условностями (поезд идет из пункта "А" в пункт "Б", из некоей трубы выливается, в некий бассейн вливается), то американские учебники наполнены практическим смыслом. В них дается задание рассчитать, скажем, мощность тепловоза, количество потребляемого топлива. При этом многие счетные операции и технические выводы доводятся до автоматизма. В результате человек сохраняет силы для более серьезной умственной работы.

- Еще вопрос о школе. Сколько часов идут в ней занятия? Как используется остальное время? Ведь ребята остаются в школе и после уроков.
- Уроки длятся по 40 минут. Число их у каждого ученика разное, так как у каждого свое расписание занятий. А вообще они с восьми утра до трех часов дня. После уроков обязательные занятия спортом, Но они настолько не похожи на наши, что в своем реферате я уделил им особое место.

3. СПОРТ - НЕ ТОЛЬКО КАК РАЗВЛЕЧЕНИЕ

"...Если американская школа чем-то и похожа на наши школы, то только не отношением к спорту и физкультуре... С первых же дней я компенсировал незнание английского языка общением посредством спорта, который действительно сильно сближает. Поэтому большую часть свободного времени я провел в спортзале. О спортивной базе я даже говорить не буду - поскольку привести пример схожей базы в СССР не могу. (Надеюсь, что причина этого в том, что я мало ездил по нашей стране). Американцы, вообще производят впечатление здоровой нации, даже случайный взгляд из окна выхватывает какого-нибудь спортсмена. Наверное, это б меня удивило, если бы я не знал, что в школе занятия спортом обязательны для каждого, то есть ты обязан час-другой заниматься тем, чем посоветует заняться тренер выбранного тобой вида спорта. Именно обязан и именно посоветует..."
(Из реферата С. Елизарова "Америка моими глазами").

- Значит, Сергей, спортивные занятия в школе ведут спортивные тренеры?
- Нет, спортивных тренеров, как таковых, там нет. Спортивные секции ведут обыкновенные учителя физики, математики, других предметов. После уроков они с удовольствием выходят на спортплощадки и занимаются вместе с ребятами тем или другим видом спорта (специальных уроков физкультуры в школе нет). За спортивными, результатами здесь не гонятся, преследуют лишь цель здорового образа жизни и, по-моему, преуспевают в этом. Спорт входит в жизнь американцев с рождения и не уходит из нее никогда, становится потребностью. Для него все выкраивают время. Даже президент Буш, говорят, порой выходит из своей резиденции поиграть в бейсбол.

- Эта игра похожа на нашу лапту. А какие еще спортивные игры у американцев?
- Из незнакомых нам лакросс, фризбе. Фризбе заключается в том, чтобы дальше бросить тарелку или летающее кольцо. Некоторые бросают на сто и больше метров. В лакроссе особенно видны жесткие силовые приемы, которые так любят американцы. При этой игре почти каждые десять минут кто-нибудь из игроков покидает площадку из-за травмы. Посмотрев лишь одну встречу, я понял, почему удивлялся школьный врач, когда узнал, что у нас нет и никогда не было переломов.

- Каким видом спорта занимался ты?
- В основном баскетболом, теннисом. Руководили занятиями опять-таки учителя - предметники. И это приносит двойную, если не тройную пользу. Учитель еще больше сближается с ребятами, завоевывает авторитет своим спортивным мастерством, а это для него очень важно, чтобы удержаться на работе в столь престижной (да и другой, наверное) школе.

- Ты упоминал, Сергей, что американцев беспокоит проблема наркомании. Не коснулась ли она и школы, о которой речь? И вообще, что ты можешь сказать о поведении американской молодежи?
- В отношении наркомании - да, была такая проблема в школе, но еще до нашего пребывания там. Контингент учащихся в школе многонационален, есть ребята из Венесуэлы, крупнейшего производителя наркотиков, и это имело плохие последствия. Как говорят, немало повлияло на репутацию школы, привело к замене руководства. В поведении молодежи характерна свобода поступков, легкость отношений юношей и девушек. Но воспринимается это как нормальное.

4. В ЗАКЛЮЧЕНИЕ, НЕ ДЕЛАЯ ВЫВОДОВ

"Я отдаю себе отчет, что рассказать даже устно о месяце пребывания в другой стране, а тем более описать это в реферате, невозможно, и не претендую на полноту своего рассказа. Намеренно не подвожу каких-либо итогов, но для себя отмечаю, что хотя и должны мы многое перенять в других странах, хотя многим мы и недовольны, но чтобы по-настоящему оценить свою Родину, надо пожить за границей, не спешить с выводами, не высунув носа из дому".
(Из реферата С. Елизарова "Америка моими глазами").

- Эта часть реферата названа у тебя, Сергей, "Несколько слов в заключение, не делая выводов". Из кратковременного пребывания в США, к тому же в определенной мере с ограниченными возможностями, широкие выводы о жизни в этой стране делать и в самом деле рискованно. Поэтому поставлю вопрос по-другому: изменилось ли твое отношение к Соединенным Штатам после пребывания там? На пользу ли международные молодежные и детские обмены, проводимые по линии Комитета защиты мира и Советского фонда мира?
- Начну с последнего вопроса. Думаю, что молодежные обмены очень полезны. В американской школе, в которой мы были, тысяча учащихся. Не скажу, что они все стали нашими друзьями, но врагом я никого из них назвать не могу. Когда мы достаточно сблизились с ребятами и у нас начались откровенные ребячьи разговоры, я понял, что никакие они не враги. О Советском Союзе многие думают лучше, чем некоторые из нас. Своим средствам массовой информации многие верят гораздо меньше, чем мы своим. Поэтому известная антисоветская пропаганда нередко проходит мимо них. Нелестные факты нашей истории, да и просто ложь о нашей стране взвешивается, оценивается и не проглатывается целиком.

Конечно, я говорю только о тех молодых людях, с которыми вступал в личные контакты. Короткие беседы на улицах тоже были, как правило, дружественными, без всяких намеков на враждебность, и у меня сложилось впечатление, что военных устремлений у американцев нет (опять-таки у тех, с кем встречался).

- Ты упоминал, что встречи были и с русскими эмигрантами. Какое чувство оставалось от тех встреч?
- Чувство жалости. Даже те, кто неплохо внедрился в американскую жизнь, не становится там до конца своим. У всех тоска по Родине. Я тоже испытал ее, хотя прожил вдали совсем мало. Скучал при этом не по дому, не по родителям, а просто по Родине, по нашей земле, нашему небу и воздуху, всему тому, что нас окружает с рожденья. И когда я снова оказался в Москве, я был счастлив.

* * *

Сергей Елизаров привез из Америки документ на английском языке. В нем говорится, что он закончил класс по изучению русского, английского (как второго языка), физики, математики и других предметов. Что он участвовал в спортивной программе и экскурсии, организованных школой в Нью-Йорк и Вашингтон. Бумага скреплена тисненой печатью школы и подписью директора.

Она хранится Сергеем с особой бережностью, как память о незабываемой поездке за океан, где он был посланцем мира, своей страны, где своими глазами увидел самую развитую страну другой политической системы. И не мог не сделать вывода, что сотрудничество между странами разного государственного устройства возможно - ради жизни на земле.
9 февраля 1990 г.

* * *

Со времени публикации этого материала прошло более десяти лет. Сергей Елизаров успешно закончил физический факультет МГУ, аспирантуру. Защитил диссертацию и получил звание кандидата физических наук. Сейчас Сергей Владимирович живет и работает в Москве. Он заведует отделом в одном из совместных предприятий.