Герб города Кирсанова

Похоронены на площади революции...

Борец и коммунист

Крохотный кусочек пожелтевшей газеты "Известия Кирсановского Уездного Совета Рабочих и Солдатских Депутатов" 1920 года. На ней в траурную рамку заключены слова "Тов. Становых". А ниже текст: "Состоялись похороны т. Становых. Т. Становых, начальник Оржевской милиции, был убит бандитами. В его лице пал смелый, отважный борец. Пал коммунист. Борец и коммунист одно и то же. Вне борьбы нет коммунизма. Т. Становых был в первых рядах наших товарищей. Вечная память павшим борцам за революцию. Вечная память т. Становых..."

...Идет по саратовской степи конный отряд красноармейцев. Впереди -командир одиннадцатого саратовского полка М.А.Становых. Коммунист. Уроженец Пензенской волости. Уже не молод - лет 37-38. Высокий, русоголовый. На запыленной и пропотевшей зеленой гимнастерке перехлестнулись ремни портупеи. На левом рукаве золотом вышита голова коня и два кубика. Из-под краснозвездной фуражки, щурясь от солнца, смотрят вдаль внимательные серые глаза.

Едут быстро. Торопят усталых коней. Надо, ой как надо, как можно скорее попасть на Дон, туда, где идет смертельная схватка с новым врагом еще неокрепших Советов - генералом Деникиным. У Михаила Афанасьевича есть еще одна причина торопиться. В Балашове, где отряду предстоит погрузиться в эшелон, ждет его Варя - жена, друг, медсестра полка. Вместе с воинским снаряжением она уехала из Саратова с санитарной частью поездом, и теперь Становых волнуется: как там она. Все ли благополучно. Он всегда беспокоится о ней, еще совсем молоденькой девчонке, сироте, которой он заменил и мать, и отца.

В Балашове погрузились быстро. Не теряя времени, поехали дальше. Вот и Дон. Из окон поезда увидали, что железнодорожный мост через него взорван, на берегу множество трупов. И вода в Дону розовая от человеческой крови. День жаркий. Впрочем, он еще не кончился. Спешно высадились, присоединились к сражавшемуся красноармейскому отряду Донского округа и вместе начали переправу на тот берег, где залегли деникинцы. Под их пулями навели понтон и двинулись через реку, теряя бойцов. А через несколько часов отряды белых были полностью уничтожены.

Большая часть Саратовского полка отправилась дальше, на Ростов. М.А.Становых с небольшим отрядом остался на станции Жирная наводить революционный порядок, восстанавливать Советы. Жили они с Варей на квартире казака, чья дочь ушла с белыми. И хоть хозяева старались услужить, не верили ни одному их слову.

Когда в Донском округе наступил относительный покой, Становых послали в Кирсанов: там появилась банда Антонова. Михаила Афанасьевича назначили начальником Кирсановской милиции 2-го района. Расположились сначала в Иноковке. Как не привыкла Варя к опасностям, но тут, пожалуй, больше всего боялась за мужа: то и дело подбрасывали в милицию и на квартиру письма-угрозы с нарисованной фигурой обезглавленного человека и луной. Михаил Афанасьевич, как мог, успокаивал жену и снова уходил с отрядом вылавливать бандитов.

Потом его перевели в Оржевку. Васильевка, Рамза, Вяжля, Царевка, Град-Умет, Ира - в этих селах чаще всего появлялась антоновцы. И все эти села входили в ведении Оржевской районной милиции Кирсановского уезда. Дел у Михаила Афанасьевича было предостаточно. И только около Вари теплели у него глаза и расправлялись складки на лбу. Много разных телеграмм приходило начальнику Оржевской милиции. Спокойно прочитал он и эту: "Телеграмма №229 30 августа 1920 года Начальнику 2-го района от отдела советской милиции. С получением сей телеграммы приказываю Вам немедленно выехать с отрядом в Кирсанов в полной боевой готовности, где будете расположены на отдых.
Подписал начальник милиции Никитин.
Принял дежурный милиционер Сураков".

Тут же начали грузить подводы. И в ночь выехали. На отдых, конечно, их не поставили. А отправили на следующий день в Умет, где бандиты зверски убили нескольких коммунистов. Варя на этот раз осталась в Кирсанове, у брата, который жил на улице Первомайской, 50. А отряд Становых из Умета перебросили в Инжавино. Оттуда он прислал жене свою последнюю телеграмму: "Варя я жив банда Антонова разгромлена Скоро приеду Становых".

В день, когда Михаил Афанасьевич отправил телеграмму - 9 сентября 1920 года - его отряд вместе с бойцами стоявшего в Инжавино Московского полка послали в село Калугино: там объявился отряд, возглавляемый помощниками бандита Антонова Токмаковым и Ишиным.

Неподалеку от села встретили человека, спросили, нет ли вблизи антоновцев. Тот ответил отрицательно. В Калугине их встретили дружными ружейными залпами. Одним из первых упал ехавший впереди отряда Становых. Он был ранен в позвоночник. Превозмогая страшную боль, уполз в сад, хозяин которого, как потом оказалось, был коммунистом и позже был убит бандитами.

Когда затих бой, ехавшие по улице бандиты увидали стоявшую у сада серую лошадь. Многие из антоновцев знали эту лошадь и ее привычку терпеливо ждать хозяина на том месте, где слез он с седла. Эта верность коня сейчас стоила Становых жизни. Бандиты кинулись в сад и через несколько минут уже тащили Михаила Афанасьевича в свой штаб.

Они хотели добиться от него сведений о численности и боеспособности его отряда и Московского полка. Он не сказал ничего. Тогда они начали казнь. Вонзили ему в грудь два острых штыка. Отрубили голову, перерубили крест - накрест кисти рук. И все еще боясь этого человека, зарыли за кладбищем в мусорной яме.

Телеграмма не успокоила Варю. Тревога за мужа привела ее в Кирсановский отдел милиции, потом в Инжавино. Там уже знали о гибели Становых, но не сказали молодой женщине правду. Сообщили, что ранен. Она кидалась к каждой повозке, везущей раненых из Калугино. Его не было. На четвертый день (долго товарищи не могли найти, где похоронен Становых) подошла еще одна повозка, крытая крестьянским рядном. Варю не пустили к ней...

Михаила Афанасьевича Становых хоронили на площади Революции в Кирсанове. У разрытой братской могилы стояли работники райкома, исполкома, милиции, товарищи. Говорили о коммунисте Становых самые хорошие слова, клялись хранить о нем память... Они сдержали свое слово: на площади Революции стоит памятник павшим за власть Советов. Это - памятник и М.А.Становых. В Кирсановском музее немало документов о борцах, за свободу. Среди них - и документы о М.А.Становых.
18 августа 1967 г.

* * *

Прошли годы. Около памятника выросли огромные деревья. Они скрыли братскую могилу. Пожелтели от времени в музее документы. Стали забываться люди, о ком рассказывают они. Но помнила все, не забывала до самой смерти Варвара Николаевна Становых. Когда писалась статья, ей было 67 лет. Она жила в Кирсанове в маленькой комнатке на улице Гоголя, в доме № 9. Хранила в картонной коробке то немногое, что осталось ей в память о Михаиле Афанасьевиче - две пожелтевшие от времени телеграммы: о вызове его из Оржевки в Кирсанов и ту, присланную ей из Калугино. И фотографию.
Август 1967 г.