Герб города Кирсанова

С иконой на краю

(Рассказ моего одноклассника.)

Наш новый дом отец построил на вершине холма, который был на самой окраине небольшого провинциального городка. Из больших окон открывался великолепный вид – внизу был город, а вдали, насколько хватало глаз, тянулись поля, луга и перелески, разбросанные по холмам. Солнце светило в окна целый день, а от этого и настроение у всех было солнечным.

Недалеко от дома холм разрезал на две части овраг, поросший душистой травой. По его склонам и на дне паслись привязанные к кольям козы. Мы с друзьями любили овраг и часто играли в нём то в лапту, то в футбол, то в другие детские игры. Даже мастерили и запускали бумажных змеев, а зимой катались на санках и лыжах, играли в снежки…

Когда мы пошли учиться в школу, в овраге стали бывать реже, но, тем не менее, продолжали считать его нашим самым любимым местом.

Несчастья нагрянули, когда я учился в третьем классе. Зимой умерла моя мать, а весной вешние воды сильно размыли овраг, и его склоны стали осыпаться. Отец со старшим братом посадили по краю склона деревья, но на следующую весну всё повторилось, и саженцы оказались на дне оврага. Обратились к властям города, но помощи не последовало.

Прошёл ещё один год, и овраг подобрался к нашему дому совсем близко. Мы все, как могли, укрепляли склон – вбивали сваи, заливали бетоном, сажали деревья и кусты, но всё было тщетно. Овраг всё шире и шире разевал свою пасть, и я возненавидел его так же сильно, как когда-то любил.
- На следующую весну наш дом может рухнуть вниз, - сказал однажды отец.
От его слов мы с братом съёжились и поняли, что это конец!

Летом к нам приехала из деревни наша бабушка Соня, которая была мамой отца. Узнав о нашей беде, она снова уехала в деревню, а через день вернулась со старой родовой иконой, которая, по её словам, досталась ей от её бабушки. Обойдя с этой иконой три раза вокруг дома, бабушка подошла к краю оврага, подняла образ над головой и долго что-то шептала. После этого бабушка Соня сказала, что икону оставляет нам, и пока она будет в нашем доме – овраг больше осыпаться не будет. В её слова верилось с трудом, но всё случилось так, как и говорила бабушка.

Удивительно, но овраг перестал осыпаться, на его склонах снова зазеленела трава, и стали пастись козы. Прошёл год, другой, а нашему счастью, казалось, не было конца. Мы стали даже незаметно друг от друга молиться на нашу икону, любя её всем сердцем!

Однажды отец заметил на образе кровь и очень огорчился, сказав, что это не к добру. После обеда пришла телеграмма из деревни – соседи сообщали о том, что наша бабушка Соня умерла. Мы все поехали на похороны.

После смерти бабушки отец очень сильно переживал, и его увезли в больницу с обширным инфарктом. После того, как его выписали, он прожил ещё около года и тоже ушёл в мир иной…

После похорон и поминок отца, мы с братом сразу обнаружили, что икона пропала. От досады и бессилия я даже расплакался, кляня всех и вся. Мне казалось, что реликвия никогда уже не вернётся в наш опустевший дом, который без неё обязательно рухнет на дно страшного оврага, и мы останемся на улице.

Старший брат успокаивал меня и говорил, что тот дом, где находится сейчас икона, скоро сгорит – так говорила ему бабушка Соня. Моему удивлению не было предела, когда через три дня на соседней улице сгорел дом одного нашего знакомого, который был на отцовых похоронах, а на пепелище рядом с чёрной от гари печкой его соседи нашли нашу икону. Как ни странно, но икона не сгорела и даже не потемнела от огня. Её вернули нам, а потом ещё долго извинялись за плутоватого мужика.

Через год брат женился, а я ушёл служить в военно-морской флот. Служил три года в Латвии. Когда закончилась срочная служба – остался на сверхсрочную.

Через пять лет я вернулся в наш дом, где было пополнение. В семье брата родились девочка и мальчик. В красном углу, как и прежде, была наша икона, а овраг так же оставался на прежнем месте, и ни что не напоминало о прежнем разгуле стихии. Казалось, что счастье снова улыбается нам, жизнь продолжалась.

Мы с братом решили продать дом, а на вырученные деньги каждый хотел купить отдельное жильё. Как решили, так и сделали. Он купил дом с доплатой и перебрался туда со своей семьёй, а я полдома почти в самом центре нашего городка. Икону по праву старшинства брат взял себе, я на это не возражал. Мы жили недалеко друг от друга и часто наведывались друг к другу в гости.

Прошёл ещё один год, и весной по городку прокатился слух, что на холме ополз от снега овраг, а вместе с грунтом сполз в пропасть и дом. Как только мы об этом узнали, сразу же пошли посмотреть, до последнего сомневаясь и надеясь, что дом не наш, но…

Дом был наш, вернее не дом, а то, что от него осталось. На дне оврага лежали брёвна, обломки кровли, битый кирпич, вперемешку с землёй. Предсказания бабушки сбылись, и мы всё это видели своими глазами. Было очень больно смотреть на это печальное зрелище. Вместе с домом рухнул невидимый мост, соединяющий нас с нашим далёким и счастливым прошлым.

Вадим Редин
Москва, Кузьминки.
Январь, 2008г.