Герб города Кирсанова

В двух шагах от Чечни

Мы уже писали, что некоторые сотрудники Кирсановско¬го отдела внутренних дел в составе группы оперативного уп¬равлении МВД России проходят полуторамесячную служеб¬ную командировку в Чечне и прилегающих регионах.

С одним из них, заместителем командира взвода роты па¬трульно-постовой службы Юрием Владимировичем Непрокиным, мы и побеседовали на второй день после возвраще¬нии из этой командировки.

Вот запись беседы:
- Юрии Владимирович, понятно ваше стремление по¬мочь в борьбе с вооруженными бандформированиями. А как ваши родные, близкие отнеслись к тому, что вы едете добровольцем в Чечню? Да и каково отпускать сына, му¬жа туда, где стреляют.
- Ясно, что мать и жена, боясь за меня, отговаривали, вол¬новались, как бы не убили. Даже высказывали сомнение в том, что нужно ли нам, россиянам, вмешиваться в их дела. Как мог, объяснил, успокоил, подготовил морально, что мы не заняты в боевых действиях, как федеральные войска, а бу¬дем охранять общественный порядок и защищать конститу¬ционные права. Сказал им, что уезжаю для того, чтобы вер¬нуться, а не оставаться там. Мама знает: опыт у меня есть, так как, будучи в армии был в ’’горячих" точках и представ¬ляю, как себя вести. И еще мы знали, что наш отряд посыла¬ют не в саму Чечню, а в приграничные зоны. Так что в конце-концов, отпустили из дома с пониманием.

- Расскажите, как добрались туда, расположились? Как живет местное население? Это тоже интересно знать из уст очевидца.
- От кирсановской милиции мы выехали трое; я, Сергей Кузнецов и Алексей Прохоров. Из Тамбова с сотрудниками милиции области следовали на юг железнодорожным транс¬портом. Ехали в пограничную зону с Чечней двое с полови¬ной суток через Казахстан, Калмыкию до станции Кизляр в Дагестане. Затем 11 часов колесили на машине по горам се¬дого Кавказа. Миновали три горных перевала. Двигались по головокружительному горному серпантину - очень узкой из¬вилистой дороге. Машина "Урал" там с трудом проходит, только местный водитель-джигит, как мы его звали, классно провел автомобиль.

В одном из аулов Ботлихского района, расположенного на высоте двух тысяч метров над уровнем моря, мы и раскварти¬ровались. Там арендовано для отряда двухэтажное здание.

Селение расположено в горах, и растительность там скудная. Из кустарников - торчит в три былинки шиповник, травы низ¬корослые, деревьев совсем нет. Правда, возле некоторых до¬мов по традиции при рождении сына сажают тополь. Когда мы уезжали домой, в ауле был самый разгар сенокоса. На это направляют все силы, даже занятия в школах прерывают, что¬бы заготовить сено для овец, низкого роста коров, дающих по три литра молока в день. Картошку у нас дома уже убрали, а там она еще не вызрела. И немудрено. Ведь если светит солн¬це - то стоит жара в 30 градусов, а ночью в горах облака, ве¬тер. холодная погода до пяти-шести градусов тепла.

Местное население аула - аварцы - встречали весьма и весьма гостеприимно. Если только зайдешь в дом зачем-ни¬будь (например, когда обустраивались), сразу накрывают на стол и приглашают садиться, считая за гостя. Так у них при¬нято: все лучшее - для гостей. А вообще живут они гораздо беднее и труднее, чем мы. У них сухой закон по Корану, крепких спиртных напитков не увидишь, только виноградное вино как пищевой продукт.

- Любопытно это слышать. Теперь скажите, какие за¬дачи стояли перед отрядом?
- Охранять общественный порядок, исключить проникно¬вение вооруженных групп с территории Чечни, а в случае обнаружения их, локализовать и разоружить. Другими сло¬вами, выполняли функции погранзаставы. Мы перекрывали горные тропы, по которым возможно передвижение воору¬женных групп с Чечни. В случае же боевых действий надле¬жало оперативно выдвинуться в район конфликта и поддер¬живать отряд, ведущий бой.

- Ну и, конечно, основной вопрос. Пришлось ли отряду участвовать в боевых действиях? И если да, то расска¬жите о памятных.
- Вы знаете, там все эпизоды памятные на всю жизнь. Вот первый напряженный момент. В один из августовских дней, в трех километрах ниже нас, обстреляли тульский отряд (по дороге расстояние около 20 километров). Бой шел шесть ча¬сов, с двух ночи. Стреляли с трех сторон. Наше отделение (в нем был и я) в срочном порядке выдвинулось и заняло пози¬цию, поддерживая туляков, чтобы не дать банде уйти. Своим огнем подавляли огневые точки чеченцев, но они ушли в го¬ры, так как отлично знают местность. У них широко поддер¬живаются родственные связи, в ауле, где располагалась наша база, живут родные Басаева.

Еще один эпизод произошел в начале сентября, и его пока¬зывали по телевизору. Разведгруппа из шести человек погра¬ничного отряда (все военнослужащие - офицеры и один сол¬дат срочной службы) выдвинулась в район Чечни, где замети¬ла вооруженных лиц. Там, в 18 километрах от нас, в районе Голубого озера, располагалась база боевиков, где собралось до трехсот человек. Здесь между пограничниками и боевика¬ми завязался бой. В результате пограничная машина была подбита, радиосвязь прервана. Раненые, контуженые ребята отстреливались до последнего патрона и перешли в рукопаш¬ную, но все попали в плен, Когда пограничный отряд не вы¬шел на связь в установленное время, то сразу двинулась еще одна группа пограничников из 16 человек на БТР.

Стали бить тревогу, подтягивая силы, но когда прибыли, увидели картину боя и ввязались в него, близко не могли по¬дойти - силы были на стороне бандитов. В итоге БТР подожг¬ли, ребята погибли. Вертолетам нельзя было прилетать и бом¬бить - погибло бы мирное население. В этот день наш мили¬цейский отряд подняли затемно. Вот уже стянуты силы для освобождения пленных. Завязался бой, который длился шест¬надцать часов. В нем участвовал Сергей Кузнецов (нас с Алексеем Прохоровым оставили на базе). Боевики отошли в свой укрепрайон. Туда: вылетели три "вертушки”, но их обст¬реляли, и они вынуждены были уйти. Боевики и здесь ис-пользовали преимущество: знание местности, подготовлен¬ность мест, минирование троп, ведение огня из домов. Были потери, и выбить банду боем не представлялось возможным.

Наш отряд сняли снова на свой участок. Дальше вопрос решался на уровне федеральных войск. Начались перегово¬ры, а мы вернулись из командировки, не зная результатов. Сейчас находимся на отдыхе.

- Скажите, вы писали письма домой?
- Связь держали только с управлением внутренних дел Тамбова. Писем не писали. Дело в том, что из-за всевозмож¬ных провокаций вместо весточки, мать и жена могли бы по адресу на конверте получить сфабрикованную "похоронку". По данным ФСК, проводится масса провокаций любого пла¬на и масштаба против личного состава федеральных войск и МВД. Делается это с целью обвинить в том, что пришли не для обеспечения конституционного порядка, законности, мирной жизни, а как будто бы оккупанты, грабители, разбой¬ники. Для этого провокаторы пользуются всем: подбрасыва¬ют гильзы, разбрасывают солдатские пилотки, распространя¬ют весть, вроде бы солдаты травят или уводят стада овец.
Наш милицейский отряд работал грамотно, потому мы су¬мели избежать провокаций в свой адрес.

- В чей же тут секрет?
- Секрета особого нет. Например, установили контакт с местным населением, старались быть "дипломатами”. И нам удалось. Так, с медикаментами у нас было неплохо, врач отряда оказывал помощь жителям. Днем там спокойно и не¬которые ребята ремонтировали их машины, радист - телера¬диоаппаратуру. В связи с климатическими условиями многие из нас не брились, отрастили бороду. Аварцы же одобряли это, так как во время какого-либо горя, например, похорон, по-местному обычаю, не брились сами. Здесь и хороший строгий обычай - нельзя осквернять хлеб. Потому, если что, на наш взгляд, не вкусно - вида за столом хозяину дома но подавали. И еще, мы забыли там про нецензурный слова. Ес¬ли сравнивать, то местный житель легче перенесет другую обиду, нежели сказанное в его адрес крепкое выражение. Так что умели лавировать. Они хорошо отзывались об отряде с Тамбовщины, который мы сменили. И очень обрадовались, когда узнали, что снова приехали из Тамбовской области. Приглашали оставаться с ними подольше, так как у них рань¬ше уводили скот, а теперь нет.

Население старается жить мирно. Надоела война, и вою¬ют в основном отряды криминальных лиц различной нацио¬нальности, которым терять нечего. Конечно, мы далеки от мысли, что некоторые из них не помогают бандитам, так как замечали, что под вечер отдельные по двое-трое уходили в горы. На вопрос - куда отправляетесь, - отвечали, что к отцу- чабану, который пасет овец. Их только могли подозревать, что неспроста уходят в горы, что есть связь с бандитами.

Однако наш отряд не обстреливали, потому что стоит в центре аула и, конечно, пострадали бы мирные жители. Мы же, в свою очередь, их предупреждали, что оружие не сда¬дим, будем стрелять до последнего патрона и пострадают их дома. Так и служили под девизом: "Готовься к худшему - бу¬дет лучше". С автоматом не расставались, даже когда спали, то клали его рядом с собой.

- События в Чечне приобретают странный характер: ни войны, ни мира, и из этого следует, что милицейские отряды, еще будут направляться в "горячие" точки. Что бы вы могли сказать сотрудникам, которым предстоит выезжать?
- Во-первых, обязательно уважать традиции местного на¬селения, контактировать с ним. Ведь оно видит в отряде представителей русского народа. Да так оно и есть.

Во-вторых, безукоризненно выполнять все приказы ко¬мандира. Быть всегда начеку до последней минуты команди¬ровки. Не забывать, что дома нас ждут.

- Спасибо, Юрии Владимирович, за беседу. Спокойного вам отдыха и успехов на службе.

© А.С. Харламова. Пока живу - помню, пока пишу - живу, 2008 г.