Герб города Кирсанова

«Народная нива». Газета общественной жизни.

4 ноября 1914 г. (№ 73)
Высочайшая благодарность.

В Вестнике Р.У.ж.д. напечатан следующий приказ г. управляющего дорогой: «Высочайшая благодарность служащим дороги.

От г. Министра Путей Сообщения мною получена 17 октября телеграмма следующего содержания:
«Государь Император Всемилостивейшее повелеть соизволил благодарить служащих станций: Балашов, Кирсанов, Покровская слобода, Ртищево и Милославской, за выраженные ими верноподданнические чувства по поводу военных событий.

О таковой ВЫСОЧАЙШЕЙ милости сообщаю вам для объявления помянутым лицам.
Министр путей сообщения Статс-Секретарь Рухлов».

Телеграмма служащих станции Кирсанов была следующего содержания:
«Служащие собравшиеся на освящение и открытие лазарета для раненых воинов на ст. Кирсанов, вознося горячие молитвы к Богу о здравии и благоденствии Государя Императора и о ниспослании победы всероссийскому воинству, покорнейше просят Ваше Превосходительство повергнуть к стопам Его Императорского Величества выражения верноподданнических чувств.
М. Гришпан. (Начальник 5 дистанции)».

«Представитель» исчез.
18 октября в номерах Бурлаковой остановился какой-то молодой человек, приезжий, который отрекомендовался содержателю номеров представителем по увеличению портретов. «Представитель» передал при этом и свой паспорт на имя крестьянина Тамбовского уезда, Куньевской волости, села Безымянки, Григория Петрова Викулина. Паспорт содержатель номеров прописал по обыкновению в полиции.

«Представитель» переночевал ночь на 19 сентября, напился утром чаю и ушел из номера, заперев его и унесли с собою ключ. Ушел и… больше не пришел. Тщетно прождал его содержатель номеров день, другой и третий. отказывая даже в квартире вновь прибывшим гостям.

Наконец на 4-й день 22 октября содержатель номеров заявил полиции о исчезновении «представителя» и замок номера был взломан полицией в присутствии понятых. В запертом номере оказалось всего лишь несколько карточек взятых, вероятно, «представителем» для увеличения и… только.

«Представитель» исчез бесследно неизвестно куда.

Случай в церкви при венчании свадьбы.
В пригородном селе Калаисе, 1 октября, в местной церкви перед венчанием свадьбы крестьянина Насонова, среди поезжан оказалась собака. Как проникла собака в храм, никто не видел, но среди участников свадьбы такое явление произвело переполох. Поезжане немедленно передали об этом местному священнику и собаку выгнали из церкви, после сего состоялся обряд венчания.

11 ноября 1914 г. (№ 74)
Пленные турки в Кирсанове.

В начале прошлой недели в Кирсанов была доставлена партия турок в числе 85 человек. Турки эти, проживая в пограничных с Турцией городах, все же состояли в турецком подданстве, почему, при начавшейся войне с Турцией, признаны военнопленными и высланы в центральную Россию. Первые дни своего пребывания в Кирсанове пленные турки содержались в здании бывшей старой тюрьмы, а затем отпущены под надзор полиции и им представлено право приискивать себе отдельные квартиры и заниматься каждому своим делом, судя по способностям каждого.

Жадность обуяла.
Один из кирсановских оптовых рыбных торговцев, Максим Яковлев Никифоров, продал другому рыбному торговцу А.М. Крохину, одну бочку соленой рыбы, воблы. Сделка между торговцами состоялась в начале октября по 1 р. 90 к. за пуд. Так как рыбы в это время у Никифорова не было и она еще только плыла из астрахани в Кирсанов, то Крохин, дав Никифорову 5 р. задатку, стал терпеливо дожидать прибытия рыбы в Кирсанов.

В конце октября цена на рыбу неожиданно поднялась на 60 к. в пуде и воблу стали продавать здесь по 2 р. 50 к. за пуд. Такое повышение, как можно предполагать озаботило Никифорова, и он, видя, что «прогадал» значительную сумму, приносит к Крохину взятые у него задаточные деньги, прося принять их и отказываясь от продажи. Крохин, однако, задатки не взял, а настаивал на доставке ему рыбы.

Тогда Никифоров, встретившись с Крохиным в одном из трактиров кирсановских, стал вновь предлагать ему получить от него задаток, но Крохин опять отказался. Видя такое упорство Крохина, Никифоров положил на стол перед Крохиным 5 р. и быстро удалился от изумленного Крохина, которому ничего другого не оставалось, как положить деньги в карман и отказаться даже и от мысли получить рыбу от Никифорова.

Озадаченный Крохин так и сделал, но в то же время хочет, как мы слышали, подать к судье иск на Никифорова в той разнице, какая получилась от повышения цены на рыбу. Чем окончится этот «курьезный» спор наших «рыбников» сообщим в свое время.

14 ноября 1914 г. (№ 75)
Сбор на станции Кирсанов в пользу раненых.

Назначенный на 22 сентября в пользу Красного Креста однодневный сбор во всем районе расположения Рязано-Уральской железной дороги, производился и в Кирсанове. Всего здесь собрано тремя кружками 25 рублей 44 к., сумма сравнительно небольшая, но в общем и это все же лепта в общее благое грандиозное дело подания помощи раненым героям русской армии, кровью своею запечатлевшим защиты родины.

Всего в этот день, 22 сентября на всех станциях Рязанско-Уральской ж.д. собрано 6092 р. 41 к.

21 ноября 1914 г. (№ 76)
Задержание важного преступника.

Читатели «Народной нивы», вероятно, еще понят о страшном убийстве 20-летнего ямщика Карнаева, взявшегося довести из Рассказова в село Каширку солдатика и найденного убитым близ села Курдюков на 34-й день после своего рокового отъезда из Рассказова. Это страшное злодеяние было совершено в конце февраля, а открыто в конце марта настоящего года, о чем подробно сообщалось в то время в «Народной ниве».

Когда обнаружилось преступление, то в то же время молва народная приписывала совершение этого убийства ни кому иному, как уроженцу села Калугина Ивану Ионовичу Кашковскому, только лишь в декабре 1913 года принятому на военную службу и поступившему в Витебский пехотный полк, квартировавший в то время в Тамбове. Кашковский отличался дурным характером и за свою «отчаянную» жизнь получил от своих односельцев кличку чертенок. Эта кличка так и осталась за Кашковским во все годы его юности до призыва на военную службу. За «хорошие» дела «чертенок» - Кашковский во время призыва отбывал тюремное наказание и уже после отбывания был принят на военную службу в декабре 1913 года, вместо обычного общего приема в октябре. Принятый на военную службу, «чертенок» Кашковский был отправлен в Тамбов, в пехотный Витебский полк, но в феврале настоящего года скрылся из полка.

В конце февраля, ехавший со станции Рассказово в село Рассказово ямщик Карнаев, служивший работником у рассказовского ямщика Г.Е. Разсказова, посадил шедшего по дороге какого-то неизвестного ему солдатика и привезя его к своему хозяину Разсказову, сказал, что он взялся отвести его в село Каширку. После некоторого колебания хозяин разрешил своему работнику отвезти солдатика. Уехал Карнаев с солдатиком и больше не возвратился, он был найден убитым близ села Курдюков на 34-й день после своего отъезда из Рассказова. Солдат-пассажир и лошадь с упряжью исчезли бесследно.

Когда обнаружилось это страшное преступление, подозрение пало, конечно, на скрывшегося из Витебского полка рядового Кашковского, - «чертенка», и местными властями были приняты энергичные меры к его розыску, но безрезультатно, - «чертенок» исчез, как в воду канул. Так прошла весна, лета и осень текущего года. Наконец, в последних числах октября стало известно, что «чертенка» видели как он проезжал со станции Чакино, направляясь в район Золотовской, Богдановской, Калугинской и Трескинской волостей. Пристав 2 стана, Кирсановского уезда, поручил урядникам вышеозначенных волостей принять надлежащие меры к розыску Кашковского. Вскоре урядник Богдановской волости, Иванов получил сведения, что в доме Павла Старостина, в селе Богдановке остановился ночевать какой-то неизвестный молодой человек.

Иванов, переодевшись в простое платье, подошел к окну дома Старостина и узнал в бывшем внутри дома молодом человеке Кашковского, которого лично знал хорошо. Опытный урядник пригласил немедленно с собою волостного старшину Богдановской волости Макарова и вместе с ним вошли в дом и спросили у «неизвестного», откуда он?

«Чертенок» Кашковский назвался крестьянином Иваном Григорьевым Юмашевым из села Калугина и тут же предъявил паспорт на это имя, выданный Калугинским волостным правлением, но урядник, как знавший Кашковского, немедленно его задержал. При обыске в кармане Кашковского оказался большой складной новый нож. «Чертенок» Кашковский, при помощи старшины Макарова был арестован и посажен при Богдановском волостном правлении. Здесь он сознался, что он действительно Иван Ионов Кашковский, паспорт же он приобрел будто бы таким образом: купил у бывшего Калугинского волостного старшины Федорова чистый паспортный бланк розового цвета с мастичной на нем печатью и подписью старшины. Сделка эта состоялась, по словам «Чертенка» около Троицына дня в доме старшины, в дер. Болотовке.

Как выяснилось, паспорт «чертенку» был написан практикантом при Калугинском волостном правлении Степаном Герасимовым Кашковским, 16-летним парнем. Получив, таким образом, паспорт, Кашковский уехал из Калугина и проживал в Киеве по этому паспорту под фамилией Юмашева, пока, наконец, не вздумал приехать на родину.

Бывший Калугинский старшина Федоров отрицает факт продажи им чистого паспортного бланка Кашковскому. Кашковский из волостного правления отправлен в Кирсанов и по распоряжению судебного следователя заключен в кирсановскую тюрьму. Причем, когда урядник Иванов сопровождал его в Кирсанов, он обещал убежать если не с пути, так из тюрьмы.

Молодец урядник, поймавший Кашковского, представлен к награде.

Замечательная лепта для нужд войны.
Кирсановская городская полицейская команда, в полном своем составе двадцати трех человек нижних чинов городовых единогласно постановила отчислять из получаемого каждым городовым своего скромного жалованья по два процента на нужды войны во все врмя ее продолжения. В общем получается сумма ежемесячного вычета со всех, около 11 рублей, сумма, правда, небольшая, но она замечательна тем, что и жертвуется также небольшими людьми и из небольшого скромного бюджета городового. Трудовая копейка несется на нужды войны.

Пленные австрийцы в Кирсанове.
На днях в кирсанов прибыла партия пленных австрийцев в числе 500 человек. Это уже вторая партия пленных австрийцев, присланных в Кирсанов. Всего теперь в Кирсанове 570 человек военно-пленных австрийцев. Все они размещены в трех местах – здании старой тюрьмы, помещении воинского начальника и части здания занимаемого электротеатром Атрыганьева.

26 ноября 1914 г. (№ 77)
Еще о «жадности».

В дополнение к сообщенному у нас в «Народной ниве» инциденту, происшедшему у наших рыбных торговцев Никифорова и Крохина, сообщаем еще дополнительные, не лишенные интереса, подробности ярко характеризующие быт наших торгашей средней руки.

Оказывается, - Крохин купил у Никифорова не одну, а десять бочек рыбы, соленой воблы по десяти пудов в бочке и дав 5 рублей задатку, стал терпеливо дожидаться прихода рыбы, которая в это время «плыла» еще только из Астрахани. По прошествии же четырех недель, когда цена на этот сорт рыбы поднялась в Кирсанове до 60 копеек в пуде, Никифоров счел за лучшее принести задаток Крохину обратно и отказаться от продажи. Но Крохин задатка не принял. Тогда Никифоров, встретив Крохина в одной из чайных кирсановских, бросив ему на стол 5 рублей одаточных и ушел из чайной, вероятно, надеясь, что таким способом отделался от назойливого покупателя.

Но «назойливый» покупатель Крохин, хотя и взял со стола деньги, но засвидетельствовав факт, теперь подал в суд на Никифорова, требуя с него всю разницу цены в покупке.

«Разницы» этой набирается, по подсчету Крохина, что то около 90 рублей, каковую сумму и намерен теперь искать Крохин с Никифорова.