Герб города Кирсанова

95-летию со дня рождения заслуженного врача РСФСР
Алексея Гавриловича Глазкова посвящается

Да, может собственных Платонов
И быстрых разумом Невтонов
Земля Кирсанова рождать!

Так утверждаем мы,
переиначив известные слова.

Экскурс в прошлое

… Глядит весело с возвышенной местности уютная, зеленая улица Глазкова. Глядит на наш небольшой городок огромной парой глаз телевизионной вышки, расположенной там. Вечером они, как две яркие звездочки, непрерывно посылают сигналы радиорелейного пункта в каждую квартиру, где горит "голубой огонек" экрана телевизора. После того, как я буквально по крупицам собирала материал о нашем высококлассном хирурге, у меня те алые звездочки теперь ассоциируются с именем А.Г. Глазкова. Кажется, будто бы он шлет нам всем привет и обращается к потомкам с просьбой сохранить о нем память. И есть за что.

Задание, которое получила - написать о А.Г. Глазкове, считала ответственным и серьезным. Мне пришлось встретиться с несколькими врачами старшего поколения, работавшими вместе с Алексеем Гавриловичем, чтобы полнее донести до кирсановцев его жизнь. Ту, что хранит людская память. Использовала и некоторые материалы краеведческого музея, и то, что принес в редакцию нынешний главный врач ТМО В.А. Шагин. Всех, кто помогал мне по этому случаю, искренне благодарю.

Оговорюсь, что много раньше газета рассказывала о нем, потому наше повествование в основном для потомков. Чтобы и они знали об этом замечательном человеке и хирурге…

Родился А.Г. Глазков 2 ноября 1903 года в селе Вердеревщино Нащекинской волости Кирсановского уезда (ныне Бондарский район) в семье крестьянина. Окончил Тамбовскую имени Некрасова единую трудовую школу II степени в 1922 году, а в 28-ом - Воронежский государственный университет, медицинский факультет.

Сохранилась справка, датированная 25 января 1926 года, о том, что он, будучи студентом третьего курса, "живет случайным заработком (поденная работа в разных учреждениях несколько дней в месяц)". Другими словами, Алексей учился, сам зарабатывая себе на жизнь и пропитание, сводя концы с концами. Начинал трудовую деятельность в Гавриловской и Рассказовской больницах.

С 1936 года А.Г. Глазков назначен главным врачом Кирсановской больницы и заведующим хирургическим отделением, где боролся за жизнь больных в полном смысле до последнего своего дыхания.

Так каким же был Алексей Гаврилович? Очень любил, прямо-таки обожал хирургию, больницу, больных, которым служил верой и правдой. Он с большим трудом разыскивал маленькие фотокарточки первых врачей больницы, объезжая районы. Затем на собственные деньги увеличивал их. И вот в конференц-зале больницы на первом этаже появилась галерея их портретов. Правда, когда умер Глазков, за тот почему-то разгородили, исчезли куда-то и те портреты…

… Современное здание "красной" больницы, как ее называют в народе, было выстроено земством. На будущий год ей исполнится 120 лет. А.Г. Глазков разузнал, что на втором этаже висела раньше большая икона с лампадкой, а шикарную лестницу и коридор наверху украшали красивые дорожки. В нынешней палате № 3 располагалась молельня, где священник вел службу в праздничные дни.

А вот еще интереснейший факт. Алексей Гаврилович докопался, что самую первую операцию в больнице согласился сделать лишь один больной - нищий (так как все их панически боялись). И то за согласие врач В.И. Шелоумов заплатил тогда деньги. Толпа народа сопровождала его по городу до больницы. Все с ужасом следили за ходом операции, так как это для невежественных в большинстве своем в ту пору кирсановцев, было необычное и жуткое событие. Алексей Гаврилович вел дневник, писал историю больницы. Досадно, что впоследствии и он затерялся.

Беспокойная душа

А.Г. Глазков был необыкновенно щедрой души человек, очень добрый, внимательный, отзывчивый, высоко интеллигентный. Он никогда ни на кого не ругался и не кричал, был корректным. Больные преклонялись перед ним, обожали, ждали его обхода. А какими глазами, полными надежды, веры и любви они смотрели на своего спасителя, видя в нем выздоровление. Взаимностью отвечал им и хирург - любил больных, как своих детей и никому и ни в чем не отказывал.

Во время обхода в палатах его сопровождала целая "свита": кроме врача-ординатора, дежурной медсестры - еще санитарка и сестра-хозяйка. Просматривая историю болезни, консультируя, он заботился, накормлены ли больные, чистое ил у них белье. За санитарным состоянием следил особо.

Однажды Алексей Гаврилович увидел утром санитарку Шуру, пришедшую в нетрезвом состоянии.
- Что это такое? - возмутился. - В таком виде работать с больным нельзя. Вы уволены.

А потом, когда сказали, что у этой Шуры муж погиб на фронте, и она одна воспитывает дочку, он весьма переживал, весь день ходил разбитый. В конце концов послал за ней.

Пришла та санитарка со слезами благодарности, прямо от двери кабинета бухнулась на колени и ползла до стола хирурга:
- Спасибо, Лексей Гаврилыч!
Не смог выдержать этого врач. Подбежал, поднял ее на ноги и просил больше никогда так не делать.

В годы войны в городе было несколько госпиталей. Одни уезжали, другие развертывались. И хотя Алексей Гаврилович не работал в них, он был их куратором, консультантом. А при необходимости и оперировал раненых бойцов.

Устами коллег

После окончания войны три молоденьких врача приехали с фронта на работу в больницу. Это были: Вера Константиновна Маренкова, Елена Леонидовна Конокотина и Лидия Филипповна Челнокова. Все эти врачи, теперь пенсионеры, при беседе со мной говорили в одно слово, что Глазков был хирург от Бога, очень уважаемый, безотказный. Авторитет его непререкаем.

Елена Леонидовна Конокотина, чудесный человек и специалист, возглавляла тогда терапевтическое отделение больницы. В трудную минуту ей всегда помогал Алексей Гаврилович: консультировал, советовал делать больной операцию или лечить консервативно.

- Его страшно все любили, - вспоминает она. - Это был знающий, прекрасный, всесторонне развитый врач. Это сейчас врачи оперируют и в травматологическим, и в гинекологическом и, если необходимо, - в родильном отделениях. А тогда Глазков был один хирург на всю больницу и оперировал всех по всем заболеваниям и днем, и ночью. Так как дежурных врачей раньше не было, потому и "сгорел" прекрасный человек и хирург на работе. Много энергии, сил потратил он для открытия онкологической, детской и туберкулезной больниц, пристройки нового хирургического корпуса к основному зданию. Я ему благодарна за то, что многому научил меня.

Лидия Филипповна Челнокова, ранее высокопрофессиональный рентгенолог, сохранила о хирурге самые лучшие воспоминания. Она помогала ему ставить диагноз, а Алексей Гаврилович оперировал.

- Он учил меня точности, профессионализму. Я присутствовала часто на его операциях, - вспоминает она. - С ним всегда было легко и просто. Этот бесподобный человек постоянно шутил. А когда отмечали какие-либо даты, праздники, с нами вел себя запросто. Не чувствовалось, что он начальник. Я очень счастлива, что работала вместе с ним.

В конце пятидесятых Алексей Гаврилович приглашал Л.Ф. Челнокову на учебу в Москву.
- Давайте поедем на курсы, - говорил он. - Я по легочной хирургии, а вы по диагностике легочных заболеваний. И будем оперировать на легких.

- Он оперировал на плевре старым традиционным методом. Очень хотел по-новому, да не успел. А ведь начал было приобретать для этого современную аппаратуру, - с сожалением и болью, находясь под впечатлением прошлых дней, рассказывает Лидия Филипповна.

Но особенно много с волнением и благодарностью при встрече с корреспондентом говорила о Глазкове его ученица, правая рука и продолжатель его нелегкого дела Вера Константиновна Маренкова, заслуженный врач РСФСР, с которой он оперировал вместе целых 16 лет. Ее 80-летний юбилей отметила в прошлом году общественность города.

В сорок пятом Алексей Гаврилович с супругой - врачом Еленой Сергеевной, тогда заведующей лабораторией, приняли 26-летнюю вдову Верочку, у которой муж погиб на фронте, совсем по-родственному, как дочь, тепло, заботливо, ласково. (И она все время старалась платить им тем же). У Глазкова вообще в семье (а жили они во дворе "красной" больницы, где ныне располагается лаборатория) постоянно, кроме своих двух детей, проживали трое племянников. Они учились в школе, техникуме. Их и звали "Глазковы ребята". Для всех хватало места, еды.

- Алексей Гаврилович - хирург высшей категории, человек и хирург, посланный Богом на кирсановскую землю, - вспоминает Вера Константиновна прошедшие годы, как прочитанные увлекательные страницы огромной книги размером с человеческую жизнь. - Не было не только дежурных врачей по больнице, но и анестезиологической службы. Три дня в неделю были операционные, и иногда ему приходилось проводить по нескольку операций в день, одновременно быть и за анестезиолога и за хирурга. Работал на износ, не щадя свое здоровье. Он сделал более 25 тысяч всевозможных операций - огромное количество. Одним из первых в области начал резекцию желудка. Глазков часто выезжал, как говорил, "на рабочее место" в Москву. По месяцу каждый год изучал передовой опыт в хирургии и обязательно внедрял в своей больнице. Много читал, самосовершенствовался. У него дома был большая библиотека, - закончила она.

В.К. Маренкова за долгие годы работы под руководством талантливого, прирожденного хирурга, переняла у него умение ювелирно оперировать. И когда ему самому потребовалось удалить опухоль под языком, то он, несмотря на ее уговоры и жены Елены Сергеевны, не поехал в Москву. Он знал, что научил Веру Константиновну, и целиком и полностью доверял коллеге даже свое здоровье.

Потому однажды, совершенно неожиданно для нее, буквально заставил прооперировать ту опухоль во рту, когда сам в пижаме лег на операционный стол. Исход, как и ожидал, был отличным. И главврача, скрывая от больных, чтобы не тревожить, черным ходом провели домой, где он и долечивался.

Сражение за жизнь

Запомнилось Вере Константиновне, как боролся хирург со смертью женщины в связи с операцией на почке. Она осложнилась кровотечением из почечных сосудов (подвел зажим). Смерть стояла на пороге. Все мыслимое и даже немыслимое очень находчиво, ажурно применил А.Г. Глазков и безмерно был рад благополучному исходу. А когда встретил на лестнице мужа больной и их четверых детей, врач-мужчина не выдержал, заплакал. То были слезы счастья. Он не стыдился их. Вот так близко к сердцу Алексей Гаврилович принимал страдания своих больных и их родственников, искренне сопереживая и сочувствуя. Разве могло оно, сердце, выдержать такие стрессы, напряжения, нагрузки во время битвы за жизнь? Нет, конечно. В любое время дня и ночи он был готов оказывать помощь, всегда говорил коллегам:
- Помните, слово ранит, слово и лечит. И плохой тот доктор, если больному от разговора с ним не стало легче.

С появлением врачей-помощников дел у него, пожалуй, поубавилось мало. Больные хотели оперироваться только у него. Да и хозяйственные, общественные обязанности были, словно кольца пирамиды, нанизаны друг на друга. Кирсановцы несколько раз избирали своего любимца депутатом местного и областного Советов. Он больше находился в больнице, нежели дома, хотя у самого на протяжении ряда лет было высокое давление. Доброй, широкой улыбкой светилось его лицо. И больные, даже не его профиля, черпали в общении с врачом силы против недуга. Та доброта души и принцип "помоги человеку, как своему ребенку", оказались для него губительными. Ведь А.Г. Глазков не согласился перенести на следующий день плановую операцию, которая стоила ему жизни.
- Больной готов, ждет и будет волноваться, - сказал он тогда.

В ту ночь, 5 марта 1961 года, на "скорой" привезли юношу с тяжелым ножевым ранением в область шеи, опасным для жизни. Когда сообщили об этом, Алексей Гаврилович, запыхавшись, прибежал в домашней пижаме и одном тапочке. Догнав носилки на лестнице, уже готов был сделать все, лишь бы вырывать паренька из рук надвигающейся смерти.
- Спаси, отец, - умоляюще простонал тот запекшимися губами последние в своей жизни пронзительные слова.
Но помощь уже не потребовалась - раненого не донесли до операционного стола. Близко к сердцу принял хирург смерть молодого человека, внешне похожего на его сына. Переживал, что медицина нередко бессильна.

Сердце, отданное людям

А на следующее, роковое утро, после бессонной, потрясающей ночи, Алексей Гаврилович делал резекцию желудка. Все шло по плану. Вдруг Вера Константиновна, всегда ассистировавшая ему, заметила, как он сделал неверное движение. Она подняла голову. Ее удивил необычный бледный вид врача. Глазкову было плохо. Он медленно, но внятно сказал ей:
- Я сейчас упаду, продолжай сама.

И стал оседать, но упал на подставленный стул. Представляете состояние окружающих? Все забегали, были в шоке. Его вывезли на каталке в предоперационную, делали уколы. Не приходя в сознание, Алексей Гаврилович скончался.

Смерть - это очень страшно, а особенно такого человека, которого все боготворили.

Вообразите себе ситуацию, когда хирург умирает за операционным столом, а со вскрытой брюшной полостью оперируемый под местным наркозом все слышит.

- Вера Константиновна, спаси, помоги, - это голос больного привел в себя оцепеневшую от ужаса и горя Маренкову. Она нашла в себе силы и квалифицированно довела операцию до конца.

Так 6 марта ознаменовался для кирсановцев трагическим событием. Помню, люди перезванивались друг с другом и при встрече с искренними слезами горевали о докторе, ошеломленные смертью.

Его хоронило целое людское море. Толпа простиралась от бывшего здания кинотеатра "Ударник", где прощались с покойным, по дороге к центру. Прилегающие к больнице улицы застыли вместе с народом в скорбном молчании. Во время похорон большинство предприятий было закрыто. По всему городу разносились траурные гудки…

… Сегодня хирургическое отделение, находящееся в пристройке к главному корпусу, работает благодаря стараниям рано ушедшего от нас Алексея Гавриловича. Это он, неугомонный и беспокойный, ездил хлопотать о его строительстве в Тамбов и Москву. При нем оно начиналось, силами медиков рыли траншею под фундамент. Только вот работать там ему не пришлось. В память о любимом хирурге висит в кабинете основного корпуса больницы (ныне травматологическое отделение) портрет А.Г. Глазкова. Так что незримо он всегда с больными, и как бы говорит врачам, как нужно трудиться. А заслуга его не только в лечебной части, но и в том, что он много сделал для больницы, людей.

Те послевоенные суровые годы, когда страна поднималась из разрухи, прикололи на грудь знаки отличника здравоохранения, Заслуженного врача РСФСР, многочисленные другие высокие награды: орден Ленина, орден "Знак Почета", орден "Трудового Красного знамени" и множество медалей. В 1954 году наш доктор из Кирсанова принимал участие во Всероссийском совещании в Москве по борьбе с сельскохозяйственным травматизмом. Им всегда двигали гражданский долг и неподкупная профессиональная честность.

Говорят письма

Не иссякал поток живых человеческих откликов, восхищений хирургом. Частые стажировки в столице, внедрение в медицинскую практику новых методов, филигранно проведенные операции снискали к нему всеобщую любовь и уважение. В краеведческом музее, где оформлена о нем экспозиция, сохранилась часть писем больных, родственников, коллег. Вот некоторые:

"Многоуважаемый Алексей Гаврилович!
… Доехала до Ленинграда благополучно. Сейчас занимаюсь в институте, выпустят нас врачами досрочно. Хоть на минутку хотела бы побыть в Вашей операционной, ибо я делала это с великим удовольствием. Всегда знаю, что получаю огромную пользу.
Искренне благодарю за то, что Вы первый привили мне огромный интерес к хирургии. И я получила от Вас очень большой навык в этой области. Очень бы хотелось работать под Вашим руководством, так как искренне считаю Вас прекрасным хирургом."
Тихомирова Юлия,
студентка 2 Ленинградского мединститута.
28 августа 1941 г.
"Большое Вам материнское спасибо, Алексей Гаврилович, Вы спасли мне жизнь для детей. Всей семьей желаем Вам долгих лет жизни и работы на пользу таких же простых людей и прекрасного здоровья".
А. Селиванова,
колхоз имени Димитрова
Граждановского района.
"Глубокоуважаемый Алексей Гаврилович!
Разрешите мне, Вашему ученику по хирургии, от души поздравить с очень почетной и достойной Вас наградой - присвоением звания "Заслуженный врач РСФСР".
13 мая 1953 г.
Подпись не разборчива.
"Уважаемый Алексей Гаврилович! Прошу принять искреннюю благодарность за проведенное успешное лечение в больнице моей жены Кирилловой Марии Андреевны. Ликвидирована серьезная опасность, угрожавшая ее жизни. Сейчас жена здорова и также благодарит Вас. Считаем своим долгом поблагодарить и Ваших ассистентов.
Уважающий Вас Кочетков М.В."
"Здравствуйте, мои спасители… Сижу на первой парте в 3 классе. Алексей Гаврилович и Вера Константиновна, после приезда я плохо ходил, а Валик, мой брат, сделал мне палочку. Стал разгибаться, как и все другие, а то был сгорбленный. Сейчас уже бегаю… Привет от мамы и папы".
Юра Крюков,
Мурманская обл.
3 ноября 1954 года.

Больница должна носить его имя!

Сегодня, накануне 95-летия со дня рождения Алексея Гавриловича Глазкова и приближающегося 120-летия "красной" больницы, медицинские работники вышли с ходатайством перед администрацией города и района, городским и районным Советами народных депутатов о присвоении центральной районной больнице его имени. Думается, кирсановцы поддержат благородный порыв. И хотя Алексей Гаврилович умер в 57 лет, жизнь его продолжается в названии улицы, его учениках, спасенных больных, их потомстве. Надеемся, что теперь будет и в названии больницы.

Могила А.Г. Глазкова находится у центральной дорожки на старом городском кладбище. Люди, не проходите мимо безучастными. Замедлите шаг, помяните доктора добрым, тихим словом…

Волею судеб, соприкоснувшись близко с жизнью хирурга, поняла, как велик был этот скромный человек, а потому пришла такая мысль. У входа в Тамбовскую городскую больницу № 2 стоит скульптура Святого Луки. Это действует на всех больных умиротворяюще. Хочется верить в чудо. Верю, когда жизнь станет полегче, кирсановцы всем миром поставят бюст Алексея Гавриловича около здания "красной" больницы или установят барельеф на фасаде. Его "присутствие" будет поднимать больным дух и указывать путь врачам, продолжающим дело хирурга и человека от Бога.

А закончу словами, которым начала:

Да, может собственных Платонов
И быстрых разумом Невтонов
Земля Кирсанова рождать!

А. Харламова,
корр. "Кирсановской газеты".
Письма из архива краеведческого музея.

("Кирсановская газета", 21 октября 1998 г.)