Герб города Кирсанова

«Забвению не подлежит»

Именно с таким названием вышла в свет книга тамбовского автора Петра Ивановича Федорова, которую он любезно подарил нашему народному музею. В этом сборнике рассказов и очерков о российских разведчиках есть рассказ о нашей Ирской коммуне. Особенность рассказа заключается в том, что в нем изложены строго исторические материалы, речь идет о реальных людях, описываются достоверные события.

Репрессии коснулись членов коммуны имени В.И. Ленина, которые, по мнению "органов", могли способствовать осуществлению переворота в интересах "Трудовой крестьянской партии" и были "подкулачниками". Один за другим исключаются из партии, а затем привлекаются к ответственности за антисоветскую деятельность, шпионаж и просто за связь с уже осужденными, коммунары. В первую очередь, конечно же, те, кто когда-то проживал за границей.

Осенью прямо в поле арестовали белоруса Петра Богдановича только за то, что местом его рождения и жительства ранее значился Кобринский уезд Гродненской губернии, которая ранее относилась к территории Польши. Значит, он "нелегально перешел польско-советскую границу". После "оказания воздействия", а проще сказать, избиений, Петр "признался", что был завербован бывшим поваром коммуны имени Ленина Эдуардом Шульчиком, который вот уже десять лет как уезда из Иры назад, к себе на родину, в Польшу. Избиения продолжались. Увеличился список "подозрительных связей" тракториста-шпиона. Вслед за ним арестовали его брата Карла, потом шофера коммуны Ефимия Куц, затем просто хорошего соседа Казимира Кюлина.

Пятого января 1938 года Иосиф Августин рано утром шел на работу и встал как вкопанный. Навстречу ему шел помощник уполномоченного УНКВД Матершов, соседи-свидетели, еще два незнакомых человека. Зашли в дом и показали постановление. Бумага заплясала перед глазами, строчки не давались читать:
"Пом. уполномоченного 3 отдела УНКВД по Тамбовской области Охрименко Л.М.
Постановил:
Иосиф Августин, 19 марта 1891 г.р., уроженец Австрии, поляк, гражданин СССР, образование 2 класса сельской школы, родители - рабочие, работая в коммуне сторожем, поваром и зав. СТФ, занимался сбором шпионских сведений и передавал Шульчику, с которым поддерживал связь до 1937 года… В разное время передал сведения следующие: что колхозы разваливаются, колхозники недовольны жизнью, о состоянии хозяйства совхозов Инжавинского района. Иосифа Августина арестовать, произвести обыск".

На следующий день, уже в Тамбове его допрашивали, он ни в чем не сознавался, да и не в чем было. В течение семидесяти двух часов его поочередно допрашивали, не разрешая даже сидеть. Двадцатого января Иосиф Августин написал признание "собственноручное" (имея два класса образования). Все! Сегодня его больше бить не будут, и может, дадут поспать. Так появилось дело, хотя было маловато материала, хлипкие основания не то что для ареста, но и для задержания человека. Двадцать шестого февраля И.Ф. Августина не стало.

Вскоре забрали председателя К.Г. Богданова, Петра Табалу, И.Г. Брицко, Михаила Лысова и еще около двадцати бывших иностранцев, половину из которых расстреляли как шпионов.

Все они в шестидесятых годах были посмертно реабилитированы, а их близкие, наконец, узнали их дату смерти.

Память о первых коммунарах, приехавших строить социалистическое общество, всегда будет жить в сердцах их потомков.

А. Шелудякова,
заведующая народным музеем села Ленинского.

«Кирсановская газета», 12 марта 2003 г.