Герб города Кирсанова

Последний бой героя

Герой Советского Союза Константин Михайлович Амзин родился в Первой Иноковке. По окончании сельской школы в 1937 году уехал в Подмосковье. Работал слесарем на Подольском цементном заводе. С началом Великой Отечественной войны попросился на фронт добровольно. Но его призвали лишь в сентябре 1944 года. Направили на Первый Белорусский фронт.

Он стал пулеметчиком на самоходно-артиллерийской установке (САУ-76) в 386 гвардейском самоходно-артиллерийском полку. Полк в январе 1945 года входил в состав ударной группировки войск, действовавшей на Варшавско-Берлинском направлении. Участвовал в операции "Кольцо", в ходе которой должен был поддержать артиллерийским огнем наступление отдельной механизированной бригады по овладению польским городом Торунь.

В последнем своем бою ранним утром 22 января сорок пятого года Константин Амзин находился на головной машине. Вместе с товарищами по пулеметному расчету сидел на открытой ее броне. Когда в помощь атакующим пехотинцам пять самоходок развернулись фронтом, впереди послышался испуганный голос:
- Мины! Стоять на месте!
На вопрос командира головной самоходки: "Саперы есть?" - отозвался Амзин:
- Разрешите мне. Проверю.

В это время раздались взрывы. Немцы открыли огонь по колонне самоходных установок. Те ответили. Завязалась артиллерийская перестрелка.

Амзин, пригнувшись и подсвечивая ручным фонариком, двинулся меж тем вперед. Вскоре увидел темные, припорошенные снегом бугорки. Присмотревшись, понял: противотанковые нажимные мины расставлены в шахматном порядке. Он прикинул расстояние между ними. Вернувшись, обо всем доложил.

После обсуждения ситуации решили вести самоходки вслед за впередиидущим, осторожно обходя мины. Впереди, подсвечивая и сигналя фонариком, пошел Амзин. За ним двинулась головная машина с его боевыми друзьями. Весельчак и балагур, Костя порой вышучивал их, но к каждому был искренне привязан. Сейчас, ошибись он, все могли погибнуть. И он, шагая осторожно среди мин, резко жестикулировал руками: "Правее! Чуть левее! Так держать!"

Метр за метром продвигалась головная машина. За ней, след в след, остальные. Минная полоса осталась позади. А еще через малое время самоходки вступили в бой. Вражеские пулеметные и минометные позиции, которыми пытались овладеть пехотинцы, окутались дымом. Что-то горело и рвалось. Немцы ответили своим огнем. Судя по вспышкам выстрелов, их траншеи и окопы опоясывали холм в два яруса. Самоходки обрушили на них мощный артиллерийский огонь. Не молчал и пулемет Амзина. Метким огнем он поразил не одну огневую точку врага.
Путь пехотинцам был расчищен.

Самоходки прекратили огонь. Встали на короткий отдых. И тут послышался возглас:
- Немцы!

Затрещали автоматные очереди. Экипажи бросились к машинам. Сержант Амзин одним прыжком взлетел на задний борт САУ, развернул свой ДИСКа и нажал на гашетку. Выпуская огненные очереди по бегущим фашистам, успел заметить мелькнувшего за укрытием фаустпатронника. Костя опередил его на долю секунды. И тут же почувствовал острую боль в левой руке. Но она действовала. И перевязав рану, Амзин вновь встал за пулемет. Он уже уничтожил немецкого пулеметчика и немало автоматчиков, когда в его пулемете кончилась патронная лента. Костя быстро нырнул вниз самоходки, схватил запасную ленту, зарядил пулемет и опять начал строчить. И вскоре получил второе ранение. Осколки гранаты, ударившись о пулеметный щиток, поразили лицо. Амзин вытер кровь полой шинели, сказал: "Глаза видят". И снова нажал на гашетку.

Он и на этот раз выпустил не одну разящую очередь по бегущим целям, пока вражеская пуля, ударив в грудь, оборвала его жизнь.

© Е.С. Уривская. Голову в почтении склоняя... Кирсанов, 2001 г.