Герб города Кирсанова

Козельцева Н.
Как спасли от голода.

"Воспоминания" известного русского историка А.А. Корнилова, публиковавшиеся на страницах журнала "Вопросы истории", и его книга "Семь месяцев среди голодающих крестьян: "Отчет о помощи голодавшим некоторых местностей Моршанского и Кирсановского уездов Тамбовской губернии в 1891-1892 гг.", вышедшая в 1893 году и хранящаяся в областной библиотеке повествуют о небольшом эпизоде из прошлого нашего края.

…Знойное лето 1891 года. Из двадцати губерний России поступают известия о полном неурожае, и российское общество живет в тревожном ожидании надвигающегося голода, несшего разорение крестьянскому хозяйству страны. Положением дел в Вернадовке и близлежащих селах был обеспокоен и тамбовский помещик В.И. Вернадский. В октябре он предпринял сбор средств для закупки продовольствия и раздачи его крестьянам. Но этого было недостаточно. Требовалось переходить к более рациональному пути, рекомендованному Л.Н. Толстым, - открытию столовых для голодающих. Владимир Иванович незадолго до того получил кафедру в Московском университете и не мог лично возглавить борьбу с голодом на месте. Его поддержали университетские друзья, в числе коих был и А.А. Корнилов. Первыми выехали на место в Моршанский уезд В.В. Келлер и Л.А. Обольянинов. Сколь серьезно отнеслись друзья Вернадского к делу, свидетельствует тот факт, что по дороге в Вернадовку они посетили Л.Н. Толстого и изучили предполагаемую им систему помощи крестьянам.

Увиденное превзошло все ожидания. В письме к В.И. Вернадскому Келлер писал: "…за день, один только день видел столько, что потерял голову и отупел… Всюду на лицах голод, у всех глаза заплаканные; все худы, бледны, большинство и говорят с трудом соображая. Страшная картина!"

Испытывая острейшую нужду, крестьяне за бесценок распродавали скот, а для обогрева использовали хозяйственные постройки. Оказываемой же земством помощи хватило на две-три недели. Оценив сложившееся положение, В. Келлер уже на второй день открывает первую столовую в селе Каменка на 30 человек. Но это было каплей в море людского горя. Даже поверхностный анализ показал, что размах бедствия, усугублявшегося низкой культурой земледелия и бытовой жизнью крестьян, был столь велик, что остро ощущалась потребность в кратчайшие сроки создать сеть столовых. Предстояла кропотливейшая и изнурительная работа. Необходимо было объехать села уезда, обойти каждый двор, составляя списки остронуждающихся с тем, чтобы на основе их определить количество столовых и места их расположения, нанять помещения, обеспечив их продовольствием и топливом. Все это требовало не только моральных и физических затрат. И начинается кампания по сбору добровольных пожертвований. Успеху дела способствовал известный публицист и критик К.К. Арсеньев, посетивший Моршанский уезд в конце декабря 1891 года и поделившийся своими впечатлениями с читателями журнала "Вестник Европы". Сколь велико было желание россиян всех званий и сословий помочь попавшим в беду, свидетельствует "Список лиц, от которых получены пожертвования", приложенный Крониловым в книге. Деньги поступали со всех уголков необъятной страны. Отдавали кто сколько мог - от 20 копеек до 30 тысяч рублей. Впрочем, взнос в 30 тысяч позволил не только решить проблему с питанием, но и поддержать в преддверии весеннего сева крестьянские хозяйства. Поступили деньги от Великого князя Николая Михайловича, предоставившего Вернадскому право использовать на сии благородные цели наследство, полученное им от недавно умершей матери. Но об этом узнаем только из "Воспоминаний", написанных после 1917 года. В книге же, свято следуя воле жертвователя, автор именует дарителя г-ном Н.М. Не оставили равнодушными страдания русских крестьян и жителей солнечной Франции, где частным кружком в Париже по подписке собрано было 16 тысяч франков и передано Вернадскому. Таким образом, кружок Вернадского весной 1892 года располагал уже суммою около 40 тысяч рублей. Благодаря этому представилась возможность охватить помощью 8 волостей Моршанского и 2 волости Кирсановского уездов, открыть 121 столовую на 6,2 тысячи человек, закупить и раздать безлошадным 478 лошадей, поддержать кормами около 2 тысяч лошадей, находящихся в собственности крестьян. Но весна принесла с собой еще одну беду, потребовавшую принятия безотлагательных мер - распространение жедудочно-кишечных заболеваний. На борьбу с ней были направлены оставшиеся средства. Усилиями соратников Вернадского, а также стараниями студентов-медиков, прибывших на помощь (В.В. Берви, Я.И. Лисицын, С.Д. Панютин и др.), были закуплены лекарства, организована неотложная медицинская помощь и диетическое питание детей, больше всех страдавших от недугов.

Оказание помощи в столь крупных масштабах было бы невозможно без поддержки населения и местных властей. Благодаря сельскому духовенству удалось не только собрать достоверные сведения об остронуждающихся, но и установить контакты с крестьянами, преодолев барьер недоверия и настороженности. Добрыми словами вспоминает Корнилов священника С. Боярского и дочь его, заведовавшую складом в селе Софьинка, поминаевского священника В. Дмитриевского, делившегося со своей паствою последним куском, священника А. Виноградова, в течение месяца руководившего работою всех липовских столовых и других. Активное участие в кампании принимали и учителя народных школ, взвалившие на свои плечи управление столовыми, созданными при учебных заведениях. Особые слова благодарности звучат со страниц книги в адрес учителя в селе Софьинка Н.Н. Земскова, бравшего на себя по мере необходимости заведование всеми делами Софьинского участка, где помимо школьной действовало еще 17 столовых для взрослых крестьян.

Поддерживали кампанию и помещики, ассигновав крупные суммы на кормление голодавших и поддержку крестьянского хозяйства.

Чем могло, содействовало и тамбовское земство, и крестьянское самоуправление в лице старост и волостных старшин. В общем, всем миром, как исстари и велось на Руси, к концу весны 1892 года удалось победить не только голод и болезни, но и удержать от разорения многие крестьянские хозяйства, подготовив их к весеннему севу.

"Кирсановская газета" 18 июля 1995 г.