Герб города Кирсанова

Шпильчин В.
“На плитах надписи темнеют...”
Из истории некрополя Боратынских

С 1983 года в уметской селе Софьинка проводятся ежегодные праздники поэзии Боратынского. Здесь когда-то находилась усадьба родителей поэта, здесь провел детство он сам. Каждый человек, побывавший в этом памятном месте, запомнил сельское кладбище, на котором составлены несколько надгробий с могил ближайших родственников Евгения Боратынского: его матери, тети, брата, племянниц и других. Но мало кто знает, что сами могилы находятся на выжженном солнцем косогоре, по которому ездят машины и пасется сельский скот. В начале прошлого века здесь стояла большая каменная церковь, росли раскидистые кущи деревьев.

У митрополита Вениамина (Федченкова), уроженца одного из сел Вяжлинской волости Кирсановского уезда Тамбовской губернии, есть стихотворение. Оно написано около 1937 года в Нью-Йорке и посвящено некрополю Мары. Стихотворение начинается такими словами:

Стеною низкой огражденный,
На взгорье белый храм стоит,
За ним кленами осененный,
Господ старинный род лежит.
Кресты из мрамора белеют...
Лампадки тихо здесь горят...
На плитах надписи темнеют...
Цветы кругом могил пестрят.

А вот описание этого же некрополя несколько десятилетий спустя: “Дикий и заброшенный, жуткий вид кладбища. Как огромные раскрытые пасти какого-то библейского зверя выглядели разрушенные склепы, на дне которых были разбросаны кости скелетов. Черными впадинами глаз черепа смотрели на поваленные надгробные плиты-памятники, одни валялись на земле около разрушенных склепов, другие - на дне их, засыпанные землей и щебнем...”. Эти страшные воспоминания я поучил от Д. Позднякова. Он приезжал в Мару в 1960-м году и записал рассказ своего родственника, жившего в Софьинке, о том, как разрушали некрополь Боратынских.

Это было в начале 40-х годов, когда в тех местах стояла воинская часть. Очевидец вспоминал: “Нашлись среди солдат хулиганы, и памятники валяли, что называется, вручную. Большие-то, мраморные, валяли трактором: накинут трос и валят. Первыми повалили памятники Анастасии Сергеевны Боратынской и Елизаветы Антоновны Дельвиг (единственной дочери поэта А.А. Дельвига). Начали вскрывать их склепы . Вынули из них еще не истлевшие парчовые покрывала. У одного черепа, к несчастью, оказались золотые коронки на нескольких зубах... Ну а золото - и в наши дни остается золотом... Начали вскрывать один склеп за другим и искать “золотые зубы”. Больше, как говорили, золота-то не нашли, а склепы все до одного вскрыли и разметали...”.

Постепенно природа “залечила” кладбищенские “раны”: промыла дождем, засыпала землей. На их месте кое-где остались лишь небольшие ямы. Надгробные монументы пролежали здесь до начала 80-х годов. Когда в Маре начали устраивать праздники поэзии Боратынского, то их перенесли с пустыря на сельское кладбище, подальше от оскверненных могил.

К тому времени в моей коллекции находилась одна фотография рубежа XIX - XX веков, на которой среди деревьев была запечатлена действующая Вознесенская церковь, а рядом - небольшой фрагмент некрополя с надгробием Александры Федоровны Боратынской (матери поэта). Тогда я еще не знал, что именно эта фотография в будущем поможет определить местонахождение могил.

В конце 1998 года, поговорив со скульптором А. Климковым, я утвердился в мысли, что к 200-летию поэта возможно определить места захоронений и восстановить некрополь. Первым шагом на этом пути должны были стать археологические раскопки. Эту идею поддержало областное управление культуры, организовавшее археологическую экспедицию.

17 августа (в день рождения поэта А.А. Дельвига) в Мару выехала небольшая группа студентов Тамбовского государственного университета им. Г.Р. Державина во главе с археологом Н. Моисеевым и С. Андреевым. Благодаря упомянутой выше фотографии им удалось установить места могил относительно сохранившегося фундамента церкви. В результате 10-дневных работ были открыты восемь склепов центральной части некрополя Боратынских, которые несли следы разрушения и вопиющего поругания.

Местные жители с интересом и дружелюбием отнеслись как к работе археологов, так и к самим студентам. Каждый день они снабжали палаточный лагерь деревенским молоком, свежими овощами со своих огородов и были частыми гостями у вечернего костра. Сельские трактористы с большим энтузиазмом помогли вытащить тяжелую плиту, обвалившуюся в один из склепов (очевидно, С.А. Боратынского - брата поэта). Значительная часть софьинского населения даже не подозревала о существовании некрополя.

Не все происходило гладко, возникли и проблемы. Например, при осмотре села Софьинка в фундаменте одного из жилых домов были обнаружены четыре надгробных монумента. Надписи на них прочитать не представляется возможным. В другом сельском дворе была найдена гранитная подставка из-под надгробья, используемая в качестве порога для сарая (хозяин сразу решил ее вернуть на кладбище).

Арехологические раскопки завершились, теперь специалисты должны сделать свое профессиональное заключение. Следующий этап - достойное захоронение останков по православному обряду. Много времени займут реставрационные работы сохранившихся надгробных памятников, которые начали активно разрушаться. Хотелось бы хоть отчасти воссоздать марский некрополь в юбилейный год Е.А. Боратынского, чтобы отдать должную память и уважение тому знаменитому роду, который прославил Тамбовщину.

“Кирсановская газета” № 193 (15648) Среда, 15 декабря 1999