Герб города Кирсанова

Из воспоминаний Кодраковой Л.А.
(записано 14 июля 1997 г., г. Кирсанов)

Мой отец - Александр Васильевич Лысогорский - был священником. Семья жила в с. Медное (ныне Сампурский р-н). Отца раскулачили и отправили в ссылку. Маму тоже хотели забрать, но председатель с/с ее предупредил. Тогда она уехала в с. Нижний Шибряй к сестре. У сестры оставила детей, а сама поехала в Тамбов. Здесь евреи ей дали документы на фамилию Орехова и переправили в Кирсановский уезд. Мама вспоминала, что перед арестом отца ночью было слышно, как кто-то вошел в кухню, послышался грохот на кухне, затем в кабинете, приблизился к спальне, но не вошел. Все было в доме цело и все двери закрыты. Когда забирали отца, так все и было, как в ту ночь. Все те же звуки повторились уже по настоящему.

Мама прожила под этой фамилией всю жизнь, а отец погиб при пересылке.


О Михаиле Дегтяреве из с. Нижний Шибряй

У него было пятеро детей. Жена умерла молодой. В селе был священник, который часто беседовал с Михаилом о вере. Говорил ему, чтобы он спасал себя и детей. После смерти священника Михаил определил своих детей по монастырям, и только дочь Варя вышла замуж. Ксения и Люба определены были на воспитание в Тихвинский монастырь. Сам Михаил ушел в мужской Оржевский монастырь. Когда Тихвинский монастырь разогнали, Люба вышла замуж, а Ксения впоследствии была замужем за священником Александром Васильевичем Лысогорским.

Дед Михаил странствовал до 78 лет. Был с ним случай, когда его застала ночь в лесу, и он не знал, куда идти. Помолившись Богу, Михаил набрел на хижинку, где его встретили двое мужчин. Они его приютили, а когда он поутру проснулся, то обнаружил, что хижинки никакой нет. Умер дед Михаил где-то в 1937 году.

Монахини, осевшие в Кирсанове, занимались рукоделием. Каждая имела свой кошт (2 тыс. р.) - место (свой "угол" - кровать и т.п.). Многие отсидели и вернулись назад. Так, матушка Марфуша сначала отсидела 10 лет, а потом еще 7 лет уже в 50-х годах. Пришла в 60-х. Не имела своего угла и ходила по знакомым монашкам и просто мирским верующим. Также на власть зла не держала, а с радость вспоминала годы заключения, приговаривая: "Свет мой карцер!". В это время жил в Кирсанове послушник Илья, ранее странствовавший в округе. Отличался благочестивой жизнью. Умер он в 1967 году.

Отец Филарет из Оржевского монастыря, вернувшись из заключения, тоже жил в Кирсанове. Ходили к нему женщины за наставлениями. Собирались, молились. Они не принимали патриарха Сергия и открывшуюся церковь и священников. В храм не шли, считали попов обновленцами: "Не Спаситель, а Сталин на антиминсе". Их власть разгоняла.

Помимо местных пастрыей были у монахинь и другие наставники. Так, многие матушки окормлялись у иеромонахов Нектария и Амвросия из Выдубиц.