Не пожалейте доброго слова
Этой старушке 82 года. С большим трудом ока дошла до редакции со своей проблемой. И пока мы ждали по телефону ответ по ее вопросу, она, перенесшая операцию глаза и плохо слышащая, с завидно острой памятью рассказывала о себе, о войне, на которой воевала, о сорокалетнем стаже работы в медицине.
Совершенно без труда, легко называла имена врачей зем- ; ляков-кирсановцев, работавших в сороковые-пятидесятые годы в больнице, госпиталях города и воевавших во фронтовой сортировочном эвакогоспитале № 1922.
Заинтересовавшись посетительницей, живущей на улице Красноармейской, дом № 44, пришла к ней на квартиру...
Голодное детство
Дверь открыла сама хозяйка Марфа Павловна Белобородова, собиравшаяся ставить тесто для выпечки. В однокомнатной квартире без удобств (кроме газа), чистота и порядок. И старые, видавшие виды шкаф для посуды, диван со множеством белых маленьких подушечек, высокая убранная кровать с металлическими дужками, скромный палас и другие вещи свидетельствуют о чистоплотности, пожилого человека.
- Я люблю вашу газету, - говорит она, встречая меня. - Раньше 30 лет выписывала ее и "Советскую Россию". А теперь вот дорого, так просила людей, сама не дойду, чтобы выписали мне только "Кирсановскую газету". Без нее жить не могу, привыкла. Все дела бросаю, пока ее не прочту от на-чала до конца. Вырезаю различные советы хозяйкам, подшиваю и пользуюсь ими. Да и обратиться к вам в редакцию мне посоветовала врач Лидия Филипповна Челнокова.
Однако, начнем по порядку. Как и все дети той поры, Марфа "хлебнула" в Соколове, где родилась, прелести разрухи гражданской войны. Из десяти детей большой семьи в живых осталось четверо. Девушка была самой старшей. Видно поэтому, постоянно заботясь об остальных сестрах и брате, сама прожила в одиночестве. "Помогла" и война. В коммуне "Ильича", где прошло ее детство, она "убирала" свиней, овец, была и плугочистом на тракторе. Стремясь выйти, как говорится, в люди, училась в Кирсановском педучилище, но по состоянию здоровья (сказались постоянные недоедания) вынуждена была бросить учебу на последнем курсе.
Подлечившись, уехала на заработки в Москву, которую, по ее словам, исходила пешком, вдоль и поперек. С огромным трудом, ночуя на вокзале, без рекомендации, что тогда немыслимо, смогла наняться в няньки. И вот с радостью узнала, что идет прием в двухгодичную школу медсестер при 1 Московском медицинском институте. Для клиники имени Бурденко готовили кадры. Окончив школу, почти год работала в этой клинике. Полученные знания помогли потом в ее беспокойной работе. Нести пациентам здоровье, видеть, как больные поправляются благодаря и ее обслуживанию, было для нее - молоденькой Марфы - успехом.
Но вскоре по семейным делам она оказалась в Оржевской больнице Уметского района, где ездила по вызовам больных, дежурила в родильном отделении. Многим помогла и здесь.
Через военные трудности
А в июне грозного сорок первого в Сталинской средней школе № 1 Кирсанова, как и в ряде других мест города, открыли госпиталь. По повестке райвоенкомата М. Белобородову направили туда диетсестрой, аттестовав в звании лейтенанта. В госпитале она вместе с другими принимала раненых с санитарных поездов, грузила на носилки и лечила, возвращая здоровых солдат на фронт для защиты Отечества.
С теплотой Марфа Павловна вспоминает своих товарищей, с которыми работала, стараясь поведать о них, а не только о себе. Хотя в этом материале рассказываю о человеке, но, как местная жительница, не могу обойти молчанием кирсановских врачей в годы войны, чьи фамилии называла моя собеседница. Вот они.
Госпиталь тогда организовывал врач Михаил Андреевич Малышев, назначенный его начальником. Работали в нем наши славные земляки. С большой душевностью Марфа Павловна называет имена, ставшие историей медицины, которые хорошо помнят старожилы, в том числе и автор этих строк. Это врачи Елизавета Ивановна Райская, Михаил Никитович Хорьков, Антонина Елизаровна Елисеева и Илья Федорович Тверитинов, медсестры Клавдия Ивановна Подъяпольская, Клавдия Ипполитовна Шиловская и другие.
Весь госпиталь, укомплектованный кадрами в полном составе, из Кирсанова в феврале 1943 года отправили на 1 Украинский фронт. Его развернули под Воронежем, который дважды переходил из рук в руки. Принимали с фронта раненых. Нетранспортабельных оставляли для лечения у себя, а остальных обрабатывали и эвакуировали в глубокий тыл. Но вот в сортировочный госпиталь прислали пополнение. В числе его была медсестра военного времени Галина Дмитриевна Зайцева, после войны работавшая машинисткой на мелькомбинате, как тогда назывался комбинат хлебопродуктов. (Сейчас она живет у дочери в Балаково, но связи с кирсановцами не теряет, переписывается. Помнят здесь ее добрую, ус-лужливую, заботливую). Всю войну в штабе госпиталя была и Александра Степановна Вострикова (в мирное время работала учительницей в средней школе № 4).
Госпиталь, принимая и отправляя раненых, жил на колесах. Был он и в Житомире, и в Польше, и в логове фашистов- Германии. Вспоминает Марфа Павловна, как бомбили их под Киевом. Однажды забегает начальник госпиталя Малышев и смеется: "Кто тут святой? Впереди нас и сзади разбомбили составы, а мы вот проскочили ”. Всю войну вместе с ним была его жена Ксана Аркадьевна Малышева, директор и педагог детской музыкальной школы по классу фортепиано. Она переезжала с госпиталем вместе с пианино, которое однажды зимой М. Н. Хорьков обнаружил брошенным в землянке у немцев и переправил на лыжах. Ксана Аркадьевна организовала хор, и концерты поднимали всем настроение. Пройдя всю войну с Михаилом Андреевичем (которого к тому времени перевели в сануправление, и он стал заведовать 39 госпиталями в бывшем немецком, ныне Польском городе Легнице, недалеко от Берлина), она все же потеряла его. В сентябре сорок пятого М. А. Малышев умер от брюшного тифа. Наш земляк похоронен в немецком городе Бунцлау (ныне Болеславец, Польша), где хоронили тогда высший командный состав. А Ксана Аркадьевна Малышева, учившая долгое время игре на фортепиано кирсановских ребятишек, уехала года два назад из города к сыну.
Вспомнила Марфа Павловна, как их госпиталь дважды травили в Германии. Он располагался около костела, и монашки ходили к ним чистить картошку. 8 марта 1945 года решили отметить по-праздничному, с пирожками. Так те монашки бросили яд в котел для второго блюда. И не без последствий. Добрая половина личного состава и раненых находились в тяжелом состоянии. Трое суток без сознания была и наша героиня. Умышленно сжигали монашки стиральные и гладильные машины в госпитале, создавая дополнительные трудности.
За выполнение воинского долга, мужество нашли Белобородову и награды: медаль "За боевые заслуги" и знак "Отличник санитарной службы" и другие.
С заботой о больных
Вернувшись в Кирсанов после демобилизации в декабре 1946 года, семь лет трудилась она в физиотерапевтическом отделении больницы, выполняя различные процедуры. Позже, побывав в Тамбове на курсах усовершенствования, работала рентгенолаборантом вместе с врачом-рентгенологом Лидией Филипповной Челноковой, тоже участницей войны. В коллективе их запомнили как добросовестных, исполнительных медработников, стремившихся быстрее поставить па ноги больных. Был у них и аппарат, которым они облучали раковых больных. А начинал этот вид лечения наш известный в то время хирург Алексей Гаврилович Глазков, во время войны и после заведовавший больницей, и которого очень уважали все жители города и района за его "золотые руки". Радовался он тому аппарату, который кроме нашего города был только в Тамбове и Саратове. Ценил Алексей Гаврилович и Марфу Павловну, и на время ухода в отпуск старшей медсестры на это место назначал Белобородову. Знал, что не подведет.
Однако голодное детство и война сказались на здоровье, потому труд прерывался болезнями. Она так и не вышла замуж. И хотя была уже на пенсии, она несколько лет с Лидией Филипповной работала в поликлинике, обслуживая онкологических больных. Несколько позже Марфа Павловна, по приглашению заведующего поликлиникой Василия Алексеевича Шагина, в качестве медсестры урологического кабинета выполняла различные назначения и процедуры. И в мирное время ее труд оценен наградами и поощрениями.
Как видно из богатой биографии, она обслуживала больных с самыми разными видами заболеваний. А свою основную, как считает, профессию передала в руки младшему брату Юрию Павловичу Белобородову, нынешнему рентгенолаборанту больницы, усердие и доброта у которого, такие же, как и у сестры.
- Очень любила я свою работу. Ведь помогать ближним - одна из христианских заповедей, и я старалась облегчить страдания людей, - говорит она. - Осталась у меня на память о том времени фотокарточка, где я в больнице рядом с рентгеноаппаратом. Много пациентов прошло через мои руки, и ко всем стремилась быть внимательной. Нынешнему поколению, преемникам нашим скажу, что хотя и трудно сейчас с лекарственными препаратами, но не скупились бы в выражение участия. Не жалели теплого ласкового, слова для больных, не считали за труд лишний раз подойти, поправить постель, напоить больного.
Словно с историей местных медработников познакомилась я, вспоминая давно ушедших в мир иной и живущих белых халатах. Думаю, что и работникам музея будет интересно побеседовать с Марфой Павловной.
Сейчас она в одиночестве живет на пенсию. Помогают брат, сестра, племянник. Родственники ухаживают за ней, приносят воду, покупают продукты. Так что, в преклонные годы она не брошена. Жалеет только, что стояла в льготной очереди на получение квартиры с удобствами и не дождалась.
Прощаясь, сердечно обнимала меня и благодарила за то, что я выслушала ее исповедь. Выговорившись, будто сняла с себя тяжесть многолетнего груза. Осталась довольна, что вспомнила коллег.
Я же думаю, какую иногда малость нужно старикам - внимание, тепло, участие, и они словно оживают. Так дарите же им больше светлых, счастливых минут. Они это заслужили всей своей жизнью. Ведь мы в долгу у них за то, что они победили в той страшной войне, за то, что живем. Низкий поклон вам, ветераны.
© А.С. Харламова. Пока живу - помню, пока пишу - живу, 2008 г.